Иван 3-й Васильевич родился 22 января 1440 г. Он был сыном московского князя Василия 2-го Темного и дочери князя Ярослава Боровского - Марии Ярославны. Больше известен князь Иван 3-й под именами Иван Святой и Иван Великий. В краткой биографии Ивана 3-го необходимо упомянуть о том, что он с самых молодых лет помогал незрячему отцу. Стремясь сделать законным новый порядок передачи власти, Василий 2-й назвал своего сына Ивана великим князем еще при жизни. Все грамоты того времени составлялись от имени двух князей. Уже в семь лет Иван Васильевич был обручен с дочерью князя тверского Бориса - Марией. Планировалось, что этот брак станет символом примирения соперничающих княжеств Тверского и Московского.
Впервые возглавил войско князь Иван 3-й Васильевич в возрасте 12 лет. И поход на устюжскую крепость оказался более чем успешным. После победоносного возвращения Иван обвенчался со своей невестой. Иван 3-й Васильевич совершил победоносный поход в 1455 г., направленный против вторгшихся в русские пределы татар. А в 1460 г. смог закрыть татарскому войску путь на Русь.
Князь отличался не только властолюбием и настойчивостью, но и умом, рассудительностью. Именно великое княжение Ивана 3-го стало первым за долгое время, не начавшимся с поездки за получением ярлыка в Орду. В течение всего периода правления Иван 3-й стремился к объединению северо-восточных земель. Силой или с помощью дипломатии князь присоединил к своим землям территории Чернигова, Рязани (частично), Ростова, Новгорода, Ярославля, Димитровска, Брянска и т.д.
Внутренняя политика Ивана 3-го была сосредоточена на борьбе с княжеско-боярской аристократией. В период его властвования было введено ограничение на переход крестьян от одного помещика к другому. Это разрешалось только в течение недели до и недели после Юрьева дня. В армии появились артиллерийские части. С 1467 по 1469 г. Иван 3-й Васильевич вел военные действия, направленные на подчинение Казани. И в результате поставил ее в вассальную зависимость. А в 1471 г. присоединил к Русскому государству и земли Новгорода. После военных конфликтов с Литовским княжеством в 1487-1494 гг. и 1500-1503 гг. территории государства были расширены за счет присоединения Гомеля, Стародуба, Мценска, Дорогобужа, Торопца, Чернигова, Новгорода-Северского. Крым в этот период оставался союзником Ивана 3-го.
В 1472 г. (1476) Иван Великий прекратил выплату Орде дани, а Стояние на Угре в 1480 г. ознаменовало окончание татаро-монгольского ига. За это князь Иван получил прозвище Святой. На период правления Ивана 3-го приходится расцвет летописания и зодчества. Возведены такие памятники архитектуры, как Грановитая палата и Успенский собор.
Объединение множества земель требовало создания единой правовой системы. И в 1497 г. был создан Судебник. Судебник Ивана 3-го объединял правовые нормы, ранее отраженные в и уставных грамотах, а также в отдельных указах предшественников Ивана Великого.
Иван 3-й дважды был женат. В 1452 г. вступил в брак с дочерью тверского князя, которая умерла в тридцатилетнем возрасте. По мнению некоторых историков, она была отравлена. От этого брака остался сын Иван Иванович (Молодой).
В 1472 г. он женился на византийской царевне Софье Палеолог, племяннице Константина 9-го, последнего византийского императора. Этот брак принес князю сыновей Василия, Юрия, Дмитрия, Семена и Андрея. Стоит отметить, что второй брак Ивана 3-го стал причиной сильной напряженности при дворе. Часть бояр поддерживали Ивана Молодого, сына Марии Борисовны. Вторая часть оказывала поддержку новой великой княгине Софье. В то же время князь принял титул государя всея Руси.
После смерти Ивана Молодого великий Иван 3-й короновал своего внука Дмитрия. Но интриги Софьи скоро привели к изменению ситуации. (Дмитрий умер в тюрьме в 1509 г.) Перед смертью Иван 3-й провозгласил своим наследником сына . Князь Иван 3-й умер 27 октября 1505 г.
Годы жизни: 22 января 1440 - 27 октября 1505
Годы правления: 1462-1505
Из династии Рюриковичей.
Сын московского князя и Марии Ярославны, дочери князя Ярослава Боровского, внучки героя Куликовской битвы В.А. Серпуховского.
Известен также как Иван Великий
, Иван Святой.
Великий князь московский с 1462 по 1505 год.
Биография Ивана Великого
Он родился в день памяти апостола Тимофея, поэтому в его честь получил имя при крещении - Тимофей. Но благодаря ближайшему церковному праздником — перенесению мощей св. Иоанна Златоуста, княжич получил имя, под которым он больше всего известен.
С юных лет княжич стал помощником своего незрячего отца. Он 
принимал активное участие в борьбе с Дмитрием Шемякой, ходил в походы. С целью узаконить новый порядок престолонаследия, Василий II еще при жизни назвал наследника великим князем. Все грамоты писались от имени 2-х великих князей. В 1446 г. княжич в 7-летнем возрасте обручился с Марией, дочерью князя Бориса Александровича Тверского. Этот будущий брак должен был стать символом примирения вечных соперников — Твери и Москвы.
Важную роль в воспитании наследника престола играют военные походы. В 1452 году молодой княжич уже был послан номинальным главой войска в поход на устюжскую крепость Кокшенгу, который был успешно выполнен. Вернувшись из похода с победой, он обвенчался со своей невестой, Марией Борисовной (4 июня 1452 г.). Вскоре Дмитрий Шемяка был отравлен, и длившаяся четверть века кровавая междоусобица пошла на убыль.
В 1455 г.молодой Иван Васильевич совершает победоносный поход против татар, вторгшихся в пределы Руси. В августе 1460 г. он становится во главе русского войска, закрывшего путь на Москву наступающим татарам хана Ахмата.
Великий князь московский Иван III Васильевич
К 1462 году, когда умер Темный, 22-летний наследник был уже человеком много 
повидавшим, готовым к решению разных государственных вопросов. Отличался рассудительностью, властолюбием и умением неуклонно идти к поставленной цели. Начало правления Иван Васильевич ознаменовал выпуском золотых монет с отчеканенными именами Ивана III и его сына, наследника престола. Получив по духовной грамоте своего отца право на великое княжение, впервые со времен нашествия Батыя московский князь не поехал в Орду для получения ярлыка, и стал властителем территории примерно в 430 тыс. кв. км.
В течение всего правления главной целью внешней политики страны являлось объединение северо-восточной Руси в единое Московское государство.
Так, дипломатическими соглашениями, хитрыми маневрами и силой он присоединил Ярославское (1463), Димитровское (1472), Ростовское (1474) княжества, Новгородскую землю, Тверское княжество (1485), Белозерское княжество (1486), Вятскую (1489), часть Рязанской, Черниговскую, Северскую, Брянскую и Гомельскую земли.
Правитель Москвы беспощадно боролся с княжеско-боярской оппозицией, установив нормы налогов, которые собирались с населения в пользу наместников. Большую роль стали играть дворянское войско и дворянств. В интересах дворян-помещиков было введено ограничение на переход крестьян от одного господина к другому. Крестьяне получили право перехода только один раз в году - за неделю до осеннего Юрьева дня (26 ноября) и спустя неделю после Юрьева дня. При нем появилась артиллерия как составная часть войска.
Победы Ивана III Васильевича Великого
В 1467 — 1469 гг. успешно велись военные действия против Казани, в итоге добились ее вассальной зависимости. В 1471 году он совершил поход на Новгород и, благодаря удару по городу на нескольких направлениях, совершенному профессиональными воинами, в ходе битвы на Шелони 14 июля 1471 года, победил в последней феодальной войне на Руси, включив Новгородские земли в состав Русского государства.
После войн с Литовским великим княжеством (1487 – 1494гг.; 1500 – 1503гг.) к Руси отошли многие западно-русские города и земли. Согласно Благовещенскому перемирию 1503 года в состав русского государства вошли: Чернигов, Новгород-Северский, Стародуб, Гомель, Брянск, Торопец, Мценск, Дорогобуж.
Успехи в расширении страны способствовали и росту международных связей со странами Европы. В частности, был заключён союз с Крымским ханством, с ханом Менгли-Гиреем, при этом в договоре прямо назывались враги, против которых стороны должны были совместно действовать - хан Большой Орды Ахмат и великий литовский князь. В последующие годы русско-крымский союз показал свою действенность. В ходе русско-литовской войны 1500-1503 гг. Крым оставался союзником России.
В 1476 году правитель Москвы прекратил уплату дани хану Большой Орды, что должно было привести к столкновению двух давних противников. 26 октября 1480 г. «стояние на р.Угре» завершилось фактической победой Российского государства, получив желанную независимость от Орды. За свержение золотоордынского ига в 1480 году Иван Васильевич получил в народе прозвище Святой.
Объединение ранее раздробленных русских земель в единое государство настоятельно требовало единства правовой системы. В сентябре 1497 года в действие был введён Судебник - единый законодательный кодекс, в котором отразились нормы таких документов, как: Русская Правда, Уставные грамоты (Двинская и Белозерская), Псковская судная грамота, ряд указов и распоряжений.
Время правления Ивана Васильевича также охарактеризовалось масштабным строительством, возведением храмов, развитием зодчества, расцветом летописания. Так, возведены Успенский собор (1479), Грановитая палата (1491), Благовещенский собор (1489), построены 25 церквей, интенсивное строительство московского и новгородского Кремля. Построены крепости Ивангород (1492), в Белоозере (1486 год), в Великих Луках (1493 год).
Появление двуглавого орла в качестве государственного символа Московского государства на печати одной из грамот, выданной в 1497 году Иваном III Васильевичем символизировало равенство рангов императора Священной Римской империи и великого князя московского.
Был женат дважды:
1) с 1452 г. на Марии Борисовне, дочери тверского князя Бориса Александровича (умерла в 30-летнем возрасте, по слухам — была отравлена): сын Иван Молодой
2) с 1472 г. на византийской царевне Софье Фоминичне Палеолог, племяннице последнего императора Византии, Константина XI
сыновья: Василий, Юрий, Дмитрий, Семён, Андрей
дочери: Елена, Феодосия, Елена и Евдокия
Браки Ивана Васильевича
Брак Московского государя с Греческой царевной был важным событием в русской истории. Он открыл путь связям Московской Руси с Западом. Вскоре после этого он первый получил прозвание Грозного, потому что был для князей дружины монархом, требующим беспрекословного повиновения и строго карающим за ослушание. По первому указанию Грозного головы неугодных князей и бояр ложились на плаху. После женитьбы он принял титул «Государь всея Руси».
Со временем 2-й брак Ивана Васильевича стал одним из источников напряжённости при дворе. Сложились 2 группировки придворной знати, одна из которых поддерживала наследника престола - Молодого (сына от 1-го брака), а вторая - новую великую княгиню Софью Палеолог и Василия(сын от второго брака). Эта семейная распря, во время которой столкнулись враждебные политические партии, переплелась еще с церковным вопросом — о мерах против жидовствующих.
Смерть царя Ивана III Васильевича
Поначалу Грозный после смерти своего сына Молодого (умер от подагры), короновал его сына, а своего внука, Дмитрия 4 февраля 1498 года в Успенском соборе. Но вскоре благодаря искусной интриге со стороны Софьи и Василия встал на их сторону. 18 января 1505 года в заточении умерла Елена Стефановна, мать Дмитрия, а в 1509 году в тюрьме умер и сам Дмитрий.
Летом 1503 года московский правитель серьёзно заболел, он ослеп на один глаз; наступил частичный паралич одной руки и одной ноги. Оставив дела, он отправился в поездку по монастырям.
27 октября 1505 года Иван Великий скончался. Своим наследником перед смертью он назвал сына Василия.
Похоронен государь всея Руси в Архангельском соборе Московского Кремля.
Историки сходятся во мнении, что это правление было чрезвычайно успешным, именно при нем Русское государство к началу XVI века заняло почетное международное положение, выделяясь новыми идеями, культурно-политическим ростом.
Иван III Васильевич Великий. Подробнейшее описание жизни и государственной деятельности Великого князя Всея Руси. Брак с византийской царевной Софьей Палеолог, двуглавый орел - новый герб России, падение ордынского ига, строительство современного Кремля, его соборов, возведение колокольни Ивана Великого. Москва - Третий Рим, новая идеология укрепляющегося московского государства.
Иван III Васильевич ВЕЛИКИЙ . Великий Князь Всея Руси, правил с 1450 года по 1505 год. Детство и юность Ивана Великого .В 1425 г. в Москве умирал великий князь Василий I Дмитриевич. Он оставлял великое княжение своему малолетнему сыну Василию, хотя и знал, что не смирится с этим его младший брат - князь галицкий и звенигородский Юрий Дмитриевич. Свои права на престол Юрий обосновывал словами духовной грамоты (т.е. завещания) Дмитрия Донского: «А по грехом отъимет Бог сына моего князя Василия, а хто будет под тем сын мои (т.е. младший брат Василия), тому княж Васильев удел». Мог ли знать великий князь Дмитрий, составляя в 1380 г. своё завещание, когда его старший сын ещё не был женат, а остальные и вовсе были отроками, что эта неосторожно брошенная фраза станет искрой, от которой зажжётся пламя междоусобной брани? В начавшейся после смерти Василия Дмитриевича борьбе за власть было всё: и взаимные обвинения, и взаимные наговоры при ханском дворе, и вооружённые столкновения. Энергичный и опытный Юрий дважды захватывал Москву, но в середине 30-х гг. XV в. он умер на великокняжеском престоле в момент своего триумфа. Однако смута на этом не закончилась. Сыновья Юрия - Василий Косой и Дмитрий Шемяка - продолжили борьбу. В такие времена войн и смут появился на свет будущий «государь всея Руси». Поглощённый водоворотом политических событий, лишь скупую фразу обронил летописец: «Родися великому князю сын Иван генваря 22» (1440 г.).
7 июля 1445 г. московские полки были разбиты в битве с татарами у Спасо-Евфимьева монастыря под Суздалем, а мужественно бившийся великий князь Василий Васильевич II, отец Ивана, попал в плен. В довершение бед вспыхнул пожар, поглотивший все деревянные строения Москвы. Осиротевшая великокняжеская семья покидала страшный полыхающий город... Василий II возвратился на Русь после внесения огромного выкупа в сопровождении татарского отряда. Москва бурлила, недовольная поборами и приходом татар. Часть московского боярства, купцов и монахов строила планы возведения на престол Дмитрия Шемяки, злейшего врага великого князя. В феврале 1446 г., взяв с собой сыновей Ивана и Юрия, великий князь отправился на богомолье в Троице-Сергиев монастырь, видимо надеясь отсидеться. Узнав об этом, Дмитрий Шемяка без труда захватил столицу. Его союзник, князь Иван Андреевич Можайский, устремился к монастырю. В простых санях привезли захваченного в плен великого князя в Москву, а тремя днями позже его ослепили. Василий Васильевич II стал именоваться Темным. В то время как с отцом происходили эти трагические события, Иван и его брат укрывались в монастыре у тайных сторонников свергнутого великого князя. Забыли о них недруги, а может, и просто не нашли. После отъезда Ивана Можайского верные люди перевезли княжичей сначала в село Боярово - Юрьевскую вотчину князей Ряполовских, а потом в Муром. Так Ивану, ещё шестилетнему мальчику, пришлось многое испытать и пережить.
В Твери у великого князя Бориса Александровича семья изгнанников нашла приют и поддержку. И опять Иван стал участником большой политической игры. Великий князь тверской согласился помочь не бескорыстно. Одним из его условий был брак Ивана Васильевича с тверской княжной Марией. И ничего, что будущему жениху всего шесть лет, а невесте и того меньше. Вскоре состоялось обручение, в величественном Спасо-Преображенском соборе его совершил епископ Тверской Илия. Пребывание в Твери завершилось отвоеванием полыхающего Кремля, дорога в неизвестность. Таковы первые яркие впечатления детства Ивана. А в Муроме он, сам того не ведая, сыграл крупную политическую роль. Он стал зримым символом сопротивления, знаменем, под которое стекались все, кто остался верен свергнутому Василию Тёмному. Понимал это и Шемяка, поэтому и приказал доставить Ивана в Переяславль. Оттуда его привезли к отцу в Углич, в заточение. Вместе с другими членами семьи Иван Васильевич стал свидетелем исполнения хитроумного плана своего отца, который, едва приехав в Вологду (пожалованный ему Шемякой удел), устремился в Кирилло-Белозерский монастырь Москвы в феврале 1447 г. Год назад, спешно покидая Москву, уезжал в неизвестность испуганный мальчик; теперь же в столицу вместе с отцом въезжал официальный наследник престола, будущий зять могущественного тверского князя.
Василия Тёмного неотступно преследовала тревога за будущее своей династии. Слишком много он сам вытерпел и понимал поэтому, что в случае его смерти престол может стать яблоком раздора не только между наследником и Шемякой, но и между его, Василия, собственными сыновьями. Лучший выход - провозгласить Ивана великим князем и соправителем отца. Пусть подданные привыкают видеть в нём своего повелителя, пусть младшие братья растут в уверенности, что именно он их господин и государь по праву; пусть недруги видят, что управление государством в надёжных руках. Да и сам наследник должен был почувствовать себя венценосцем и постичь премудрости правления державой. Не в этом ли заключалась причина его грядущих успехов? Но Шемяке опять удалось уйти от погони. Основательно ограбив местное племя кокшаров, московские рати возвращались домой. В том же году настало время выполнить давнее обещание о породнении московского и тверского великокняжеских домов. «Того же лета женился князь великий Иван Васильевич месяца июня 4, в канун Троицева дню». Год спустя в Новгороде неожиданно умер Дмитрий Шемяка. Людская молва утверждала, что его отравили по-тайному. Уже с 1448 г. Иван Васильевич титулуется в летописях великим князем, так же как и его отец.
Задолго до вступления на престол в руках Ивана Васильевича оказываются многие рычаги власти; он выполняет важные военные и политические поручения. В 1448 г. он находился во Владимире с войском, прикрывавшим от татар важное южное направление, а в 1452 г. отправился в свой первый военный поход. Это был последний поход времён династической борьбы. Шемяка, давно уже бессильный, тревожил мелкими набегами, в случае опасности растворяясь в необъятных северных просторах. Возглавив поход на Кокшенгу, 12-летний великий князь должен был изловить недруга по заданию Василия II. Но как бы то ни было, перевернулась очередная страница истории, а для Ивана Васильевича кончилось детство, которое вместило столько драматических событий, сколько иной человек не переживал за всю жизнь. С начала 50-х гг. XV в. и до смерти своего отца в 1462 г. Иван Васильевич шаг за шагом овладевал непростым ремеслом государя. Мало-помалу в его руки сходились нити управления сложной системой, в самом сердце которой был стольный град Москва, наиболее сильный, но пока ещё не единственный центр власти на Руси. От этого времени дошли до наших дней грамоты, запечатанные собственной печатью Ивана Васильевича, а на монетах появились имена двух великих князей - отца и сына. После похода великого князя в 1456 г. на Новгород Великий в тексте мирного договора, заключённого в местечке Яжелбицы, права Ивана были официально приравнены к правам его отца. К нему должны были приезжать новгородцы, чтобы высказывать свои «обиды» и искать «управу». Появляется у Ивана Васильевича и другая важная обязанность: оберегать московские земли от непрошеных гостей - татарских отрядов. Трижды - в 1454, 1459 и 1460 гг. - полки, возглавляемые Иваном, выступали навстречу неприятелю и заставляли татар отойти, нанося им урон. 15 февраля 1458 г. Ивана Васильевича ожидало радостное событие: у него родился первенец. Назвали сына Иваном. Раннее рождение наследника давало уверенность, что усобица не повторится, а «отчинный» (т.е. от отца к сыну) принцип наследования престола восторжествует.
Первые годы правления Ивана III .
В конце 1461 г. был раскрыт заговор в Москве. Его участники хотели освободить томящегося в неволе серпуховского князя Василий Ярославича и поддерживали связь с лагерем эмигрантов в Литве - политических противников Василия II. Заговорщики были схвачены. В начале 1462 г., в дни Великого поста, их предали мучительной казни. Кровавые события на фоне покаянных великопостных молитв знаменовали собой смену эпох и постепенное наступление единодержавия. Вскоре, 27 марта 1462 г., в 3 часа ночи великий князь Василий Васильевич Тёмный умер. В Москве теперь был новый государь - 22-летний великий князь Иван. Как всегда в момент перехода власти, оживились внешние противники, словно хотевшие убедиться в том, крепко ли держит в своих руках бразды правления молодой государь. Новгородцы давно уже не выполняли условий Яжелбицкого договора с Москвой. Псковичи изгнали московского наместника. В Казани у власти был недружественный Москве хан Ибрагим. Василий Тёмный в своей духовной прямо благословил старшего сына «своей отчиной» - великим княжением.
С тех пор как Батый подчинил Русь, престолами русских князей распоряжался ордынский повелитель. Теперь же его мнения никто не спрашивал. Вряд ли мог смириться с этим Ахмат - хан Большой Орды, мечтавший о славе первых покорителей Руси. Неспокойно было и в самой великокняжеской семье. Сыновья Василия Тёмного, младшие братья Ивана III, получили по завещанию отца все вместе почти столько же, сколько унаследовал великий князь, и были недовольны этим. В такой обстановке молодой государь решил действовать напористо. Уже в 1463 г. к Москве был присоединён Ярославль. Местные князья в обмен на владения в Ярославском княжестве получили земли и сёла из рук великого князя. Псков и Новгород, недовольные властной рукой Москвы, легко смогли найти общий язык. В том же году в псковские пределы вошли немецкие полки. Псковичи обратились за помощью одновременно в Москву и Новгород. Однако новгородцы не спешили помочь своему «младшему брату». Великий князь же три дня не пускал «на очи» прибывших псковских послов. Лишь после этого он согласился сменить гнев на милость. В результате Псков принял наместника из Москвы, а его отношения с Новгородом резко обострились. Этот эпизод наилучшим образом демонстрирует приёмы, с помощью которых Иван Васильевич обычно добивался успеха: он старался сначала разъединить и рассорить противников, а потом заключить с ними мир поодиночке, добившись при этом выгодных для себя условий. На военные столкновения великий князь шёл лишь в исключительных случаях, когда были исчерпаны все другие средства. Уже в первые годы своего правления Иван умел вести тонкую дипломатическую игру. В 1464 г. на Русь задумал пойти надменный Ахмат - повелитель Большой Орды. Но в решительный момент, когда татарские полчища были готовы хлынуть на Русь, в тыл им ударили войска крымского хана Азы-Гирея. Ахмат вынужден был подумать о собственном спасении. Таков оказался результат соглашения, заранее достигнутого между Москвой и Крымом.
Борьба с Казанью.
Неотвратимо надвигался конфликт с Казанью. Боевым действиям предшествовала длительная подготовка. На Руси ещё со времён Василия II жил татарский царевич Касым, имевший несомненные права на престол в Казани. Именно его Иван Васильевич намеревался утвердить в Казани как своего ставленника. Тем более что местная знать настойчиво приглашала Касыма занять трон, обещая поддержку. В 1467 г. состоялся первый поход московских полков на Казань. С ходу город взять не удалось, а казанские союзники не осмелились выступить на стороне осаждавших. В довершение всего Касым вскоре скончался. Ивану Васильевичу срочно пришлось менять свои планы. Почти сразу после неудачной экспедиции татары совершили несколько набегов на русские земли. Великий князь распорядился укрепить гарнизоны в Галиче, Нижнем Новгороде и Костроме и занялся подготовкой большого похода на Казань. Были мобилизованы все слои московского населения и подвластных Москве земель. Отдельные полки целиком состояли из московских купцов и посадских людей. Братья великого князя возглавили ополчения своих владений. Войско делилось на три группировки. Первые две, руководимые воеводами Константином Беззубцевым и князем Петром Васильевичем Оболенским, сходились под Устюг и Нижний Новгород. Третья рать князя Даниила Васильевича Ярославского двинулась на Вятку. Согласно замыслу великого князя, основным силам следовало остановиться, не дойдя до Казани, тогда как «охочий люди» (добровольцы) и отряд Даниила Ярославского должны были заставить хана поверить, что главного удара следует ждать именно с этой стороны. Однако, когда стали выкликать желающих, почти вся рать Беззубцева вызвалась идти на Казань. Пограбив окрестности города, эта часть русских полков попала в трудное положение и вынуждена была с боем пробиваться к Нижнему Новгороду. В итоге главная цель вновь не была достигнута. Но не таков был Иван Васильевич, чтобы смириться с неудачей. В сентябре 1469 г. новая московская рать под командованием брата великого князя - Юрия Васильевича Дмитревского - вновь подступила к стенам Казани. В походе участвовала и «судовая» рать (т.е. войско, погруженное на речные суда). Осадив город и перекрыв доступ воды, русские вынудили хана Ибрагима капитулировать, «взяли мир на всей своей воле» и добились выдачи «полона» - соотечественников, томящихся в неволе.
Покорение Новгорода.
Новые тревожные вести пришли из Новгорода Великого. К концу 1470 г. новгородцы, воспользовавшись тем, что Иван Васильевич был поглощён сначала внутренними проблемами, а потом войной с Казанью, перестали платить Москве пошлины и вновь захватили земли, от которых отступились по договору с прежними великими князьями. В вечевой республике всегда была сильна партия, ориентировавшаяся на Литву. В ноябре 1470 г. новгородцы приняли князем Михаила Олельковича. В Москве не сомневались, что за его спиной стоял соперник московского государя на Руси - великий князь литовский и король польский Казимир IV. Иван Васильевич полагал, что конфликт неизбежен. Но он не был бы самим собой, если бы сразу вступил в вооружённое противостояние. На протяжении нескольких месяцев, вплоть до лета 1471 г., шла активная дипломатическая подготовка. Благодаря усилиям Москвы Псков занял антиновгородскую позицию. Главным покровителем вольного города был Казимир IV. В феврале 1471 г. его сын Владислав стал чешским королём, но в борьбе за престол у него появился могущественный конкурент - венгерский государь Матвей Корвин, которого поддержали Папа римский и Ливонский орден. Удержаться у власти без помощи отца Владислав не смог бы. Дальновидный Иван Васильевич почти полгода выжидал, не начиная боевых действий, пока Польша не втянулась в войну за чешский престол. Казимир IV не решился воевать на два фронта. Хан Большой Орды Ахмат тоже не пришёл на помощь Новгороду, опасаясь нападения союзника Москвы - крымского хана Хаджи-Гирея. Новгород остался один на один с грозной и могущественной Москвой. В мае 1471 г. был окончательно разработан план наступления против Новгородской республики. Решено было нанести удар с трёх сторон, чтобы заставить неприятеля раздробить силы. «Того же лета... князь велики с братию и с всею силою поиде к Новгороду Великому, с все стороны воюючи и пленяючи» - писал об этом летописец. Стояла страшная сушь, и это делало обычно непроходимые болота под Новгородом вполне преодолимыми для великокняжеских полков. Вся Северо-восточная Русь, послушная воле великого князя, сходилась под его знамена. Готовились к походу союзные рати из Твери, Пскова, Вятки, прибывали полки из владений братьев Ивана Васильевича. В обозе ехал дьяк Стефан Бородатый, умевший говорить по памяти цитатами из русских летописей. Это «оружие» весьма пригодилось потом при переговорах с новгородцами. Тремя потоками вошли московские полки в новгородские пределы. На левом фланге действовал 10-тысячный отряд князя Даниила Холмского и воеводы Федора Хромого. На правый фланг был послан полк князя Ивана Стриги Оболенского, чтобы не допустить притока свежих сил из восточных владений Новгорода. В центре, во главе самой мощной группировки, выступил сам государь.
Безвозвратно минули времена, когда в 1170 г. «мужи вольные» - новгородцы - наголову разбили рати московского князя Андрея Боголюбского. Словно тоскуя по тем временам, на исходе XV в. безвестный новгородский мастер создал икону, на которой изображена та славная победа. Теперь всё было иначе. 14 июля 1471 г. 40-тысячное войско - всё, что смогли собрать в Новгороде, - сошлось в битве с отрядом Даниила Холмского и Федора Хромого. Как повествует летопись, «...вскоре побежали новгородцы, гонимы гневом Божиим... Полки же великого князя гнались за ними, кололи их и секли». В плену оказались посадники, у которых был найден текст договора с Казимиром IV. В нём, в частности, были и такие слова: «А пойдёт князь великий Московский на Великий Новгород, ибо тебе нашему господину честному королю всести на конь за Великий Новгород противу великого князя». Государь московский пришёл в ярость. Пленные новгородцы были без жалости казнены. Прибывавшие из Новгорода посольства тщетно просили унять гнев и начать переговоры. Только когда в ставку великого князя в Коростынь прибыл архиепископ Новгородский Феофил, великий князь внял его мольбам, предварительно подвергнув послов унизительной процедуре. Вначале новгородцы били челом московским боярам, те в свою очередь обратились к братьям Ивана Васильевича, чтобы они упросили самого государя. Правота великого князя доказывалась ссылками на летописи, которые так хорошо знал дьяк Стефан Бородатый. II августа был заключён Коростынский договор. Отныне новгородская внешняя политика полностью подчинялась воле великого князя. Вечевые грамоты выдавались теперь от имени московского государя и скреплялись его печатью. Впервые он признавался верховным судьей в делах дотоле вольного Новгорода. Эта мастерски проведённая военная кампания и дипломатический успех делали Ивана Васильевича подлинным «государем всея Руси».
1 сентября 1471 г. въезжал он в свою столицу с победой под восторженные крики москвичей. Несколько дней продолжалось ликование. Все чувствовали - победа над Новгородом поднимает Москву и её государя на ранее недосягаемую высоту. 30 апреля 1472 г. состоялась торжественная закладка нового Успенского собора в Кремле. Он должен был стать зримым символом московского могущества и единства Руси. В июле 1472 г. напомнил о себе хан Ахмат, который всё ещё считал Ивана III своим «улусником», т.е. подданным. Обманув русские заставы, ждавшие его на всех дорогах, он внезапно появился под стенами Алексина - небольшой крепости на границе с Диким Полем. Ахмат осадил и зажёг город. Отважные защитники предпочли погибнуть, но не сложили оружия. Вновь грозная опасность нависла над Русью. Только соединение всех русских сил могло остановить ордынцев. Подошедший к берегам Оки Ахмат увидел величественную картину. Перед ним простиралась «многыя полкы великого князя, аки море колеблющеся, доспехи же на них бяху чисты вельми, яко сребро блистающи, и вооружени зело». Поразмыслив, Ахмат приказал отступать...
Женитьба на Софье Полеолог.
Первая жена Ивана III, тверская княжна Мария Борисовна, скончалась ещё 22 апреля 1467 г. А 11 февраля 1469 г. в Москве появились послы из Рима - от кардинала Виссариона. Они приехали к великому князю, чтобы предложить ему жениться на жившей в изгнании после падения Константинополя племяннице последнего византийского императора Константина XI Софье Палеолог. Для русских Византия долгое время была единственным православным царством, оплотом истинной веры. Византийская империя пала под ударами турок, но, породнившись с династией её последних «василевсов» - императоров, Русь как бы заявляла о своих правах на наследие Византии, на величественную духовную роль, которую эта держава когда-то играла в мире. Вскоре в Рим отправился представитель Ивана, итальянец на русской службе Джан Баттиста делла Вольпе (Иван Фрязин, как его называли в Москве). В июне 1472 г. в соборе Святого Петра в Риме Иван Фрязин обручился с Софьей от имени московского государя, после чего невеста в сопровождении пышной свиты отправилась на Русь. В октябре того же года Москва встречала свою будущую государыню. В недостроенном ещё Успенском соборе состоялся обряд венчания. Греческая принцесса стала великой княгиней московской, владимирской и новгородской. Отблеск тысячелетней славы некогда могучей империи озарил молодую Москву.
У венценосных владык почти не бывает спокойных дней. Таков уж жребий государя. Вскоре после свадьбы Иван III отправился в Ростов к больной матери и там получил известие о смерти брата Юрия. Всего на год Юрий был моложе великого князя. Вернувшись в Москву, Иван III решается на небывалый шаг. В нарушение древнего обычая он присоединяет все земли умершего Юрия к великому княжению, не поделившись с братьями. Назревал открытый разрыв. Примирить сыновей сумела в тот раз мать - Мария Ярославна. По заключённому ими соглашению Андрей Большой (Углицкий) получал город Романов на Волге, Борис - Вышгород, Андрей Меньшой - Тарусу. Дмитров, где княжил покойный Юрий, остался за великим князем. Давно Иван Васильевич лелеял мысль о том, чтобы добиться увеличения своей власти за счёт братьев - удельных князей. Ещё незадолго до похода на Новгород он провозгласил своего сына великим князем. По Коростынскому договору права Ивана Ивановича были приравнены к правам отца. Это поднимало наследника на небывалую высоту и исключало претензии братьев Ивана III на престол. И вот теперь был сделан ещё один шаг, закладывавший основу новых отношений между членами великокняжеской семьи. В ночь с 4 на 5 апреля 1473 г. Москва была объята пламенем. Сильные пожары, увы, были делом нередким. В эту ночь отошёл в вечность митрополит Филипп. Его преемником стал епископ Коломенский Геронтий. Ненадолго пережил покойного владыку Успенский собор, его любимое детище. 20 мая рухнули стены храма, уже почти достроенного. Великий князь решил сам заняться возведением новой святыни. По его поручению в Венецию отправился Семен Иванович Толбузин, который вёл переговоры с искусным каменных, литейных и пушечных дел мастером Аристотелем Фиораванти. В марте 1475 г. итальянец прибыл в Москву. Он возглавил строительство Успенского храма, доныне украшающего Соборную площадь Московского Кремля.
Поход «миром» на Великий Новгород. Конец вечевой республики
Побежденный, но не подчинившийся до конца, Новгород не мог не беспокоить великого князя московского. 21 ноября 1475 г. Иван III прибыл в столицу вечевой республики «миром». Он всюду принимал дары от жителей, а вместе с ними и жалобы на произвол властей. «Вятшие люди» - вечевая верхушка во главе с владыкой Феофилом - устроили пышную встречу. Почти два месяца продолжались пиры и приёмы. Но и здесь, должно быть, примечал государь, кто из бояр ему друг, а кто - скрытый «супротивник». 25 ноября представители Славковой и Микитиной улиц подали ему жалобу на самоуправство высших новгородских чиновников. После судебного разбирательства были схвачены и отправлены в Москву посадники Василий Онаньин, Богдан Есипов и ещё несколько человек, все - лидеры и сторонники «литовской» партии. Не помогли мольбы архиепископа и бояр. В феврале 1476 г. великий князь возвратился в Москву. Звезда Новгорода Великого неумолимо приближалась к закату. Общество вечевой республики давно уже разделилось на две части. Одни стояли за Москву, другие с надеждой смотрели в сторону короля Казимира IV. В феврале 1477 г. в Москву приехали новгородские послы. Приветствуя Ивана Васильевича, они назвали его не «господином», как обычно, а «государем». По тем временам подобное обращение выражало полное подчинение. Иван III немедленно воспользовался этим обстоятельством. В Новгород отправились бояре Федор Хромой, Иван Тучко Морозов и дьяк Василий Долматов, чтобы осведомиться, какого «государства» хотят от великого князя новгородцы. Собралось вече, на котором московские послы изложили суть дела. Сторонники «литовской» партии услышали, о чём идёт речь, и бросили в лицо побывавшему в Москве боярину Василию Никифорову обвинения в измене: «Переветник, был ты у великого князя и целовал ему крест против нас». Василий и ещё несколько активных сторонников Москвы были убиты. Шесть недель волновался Новгород. Послам было заявлено о желании жить с Москвой «по старине» (т.е. сохранить новгородскую вольность). Становилось ясно, что нового похода не избежать. Но Иван III, по своему обыкновению, не спешил. Он понимал, что с каждым днём новгородцы будут всё более погрязать во взаимных дрязгах и обвинениях, а число его сторонников станет расти под впечатлением нависшей вооружённой угрозы.
Когда великий князь выступил из Москвы во главе объединённых сил, новгородцы не смогли даже собрать полки, чтобы попытаться отразить нападение. В столице был оставлен молодой великий князь Иван Иванович. По дороге в ставку то и дело прибывали новгородские посольства в надежде завязать переговоры, но их даже не допускали к государю. Когда до Новгорода оставалось не более 30 км, приехал сам архиепископ Новгородский Феофил с боярами. Они называли Ивана Васильевича «государем» и просили «отложить гнев» на Новгород. Однако, когда дело дошло до переговоров, оказалось, что послы недостаточно отчётливо представляют себе сложившуюся ситуацию и требуют слишком многого. Великий князь с войскам прошёл по льду озера Ильмень и встал под самыми стенами города. Московские рати со всех сторон обложили Новгород. То и дело подходили подкрепления. Прибыли псковские полки с пушками, братья великого князя с войском, татары касимовского царевича Данияра. Феофилу, в очередной раз побывавшему в московском стане, был дан ответ: «Восхощет нам, великим князем, своим государем, отчина наша Новгород бити челом, и они знают, отчина наша, как... бити челом». Между тем положение в осажденном городе заметно ухудшалось. Не хватало продовольствия, начался мор, усилились междоусобные склоки. Наконец, 7 декабря 1477 г. на прямой вопрос послов, какого «государства» хочет Иван III в Новгороде, государь московский ответил: «Хотим государства своего как на Москве, государство наше таково: вечевому колоколу в отчине нашей в Новгороде не быть, посаднику не быть, а государство нам своё держать как у нас на низовской земле». Эти слова прозвучали приговором новгородской вечевой вольнице. Территория собираемого Москвой государства увеличилась в несколько раз. Присоединение Новгорода - один из важнейших итогов деятельности Ивана III, великого князя московского и всея Руси.
Стояние на реке Угре. Конец ордынского ига.
12 августа 1479 г. в Москве был освящен новый собор во имя Успения Божьей Матери, задуманный и построенный как архитектурный образ единого Русского государства. «Бысть же та церковь чюдна вельми величеством и высотою, светлостью и звонкостью и пространством, такова же преже того не бывала в Руси, опроче (помимо) Владимерскыя церкви...» - восклицал летописец. Торжества по случаю освящения собора продлились до конца августа. Высокий, чуть сутулившийся Иван III выделялся в нарядной толпе своих родственников и придворных. Не было рядом с ним только его братьев Бориса и Андрея. Однако не прошло и месяца с начала празднеств, как грозное предзнаменование грядущих бед потрясло столицу. 9 сентября Москва неожиданно загорелась. Пожар быстро распространялся, подступая к стенам Кремля. Все, кто мог, вышли на борьбу с огнем. Даже великий князь и его сын Иван Молодой тушили пламя. Многие оробевшие, видя своих великих князей в алых отблесках огня, также занялись тушением пожара. К утру стихию удалось остановить. Думал ли тогда уставший великий князь, что в зареве пожара начинается самый трудный период его княжения, который продлится около года? Именно тогда на кон будет поставлено всё, чего удалось достичь за десятилетия кропотливого государственного труда.
До Москвы доходили слухи о назревающем заговоре в Новгороде. Иван III вновь отправился туда «миром». На берегу Волхова он провёл остаток осени и большую часть зимы. Одним из результатов его пребывания в Новгороде был арест архиепископа Новгородского Феофила. В январе 1480 г. опального владыку под конвоем отправили в Москву. Новгородской оппозиции был нанесён ощутимый удар, однако тучи над великим князем продолжали сгущаться. Впервые за много лет Ливонский орден напал большими силами на земли Пскова. Из Орды доходили смутные известия о подготовке нового нашествия на Русь. В самом начале февраля пришла ещё одна плохая новость - братья Ивана III князья Борис Волоцкий и Андрей Большой решились на открытый мятеж и вышли из повиновения. Нетрудно было догадаться, что союзников они будут искать в лице великого князя литовского и короля польского Казимира и, может быть, даже хана Ахмата - врага, от которого исходила самая страшная опасность для русских земель. В сложившихся условиях московская помощь Пскову сделалась невозможной. Иван III спешно покинул Новгород и выехал в Москву. Государство, раздираемое внутренними смутами, перед лицом внешней агрессии было обречено. Иван III не мог не понимать этого, и потому первым его движением было желание уладить конфликт с братьями. Их недовольство было вызвано планомерным наступлением московского государя на принадлежавшие им удельные права полунезависимых властителей, уходившие своими корнями во времена политической раздробленности. Великий князь был готов идти на большие уступки, однако не мог перейти грань, за которой начиналось возрождение прежней удельной системы, принёсшей на Русь столько бедствий в прошлом. Начавшиеся переговоры с братьями зашли в тупик. Своей ставкой князья Борис и Андрей избрали Великие Луки - город на границе с Литвой - и вели переговоры с Казимиром IV. О совместных действиях против Москвы договорился с Казимиром и Ахмат.
Иван III разрывает ханскую грамоту
Весной 1480 г. стало ясно, что достичь соглашения с братьями не удастся. В эти же дни пришло страшное известие - хан Большой Орды во главе огромного войска начал медленное продвижение на Русь. Хан не торопился, ожидая обещанной помощи от Казимира. «Того же лета, - повествует летопись, - злоименитый царь Ахмат... поиде на православное христьяньство, на Русь, на святые церкви и на великого князя, похваляся разорити святые церкви и все православие пленити и самого великого князя, яко же при Батый беше (было). Летописец не напрасно вспомнил тут Батыя. Опытный воин и честолюбивый политик, Ахмат мечтал о полном восстановлении ордынского господства над Русью. Ситуация становилась критической. В череде плохих известий отрадным было одно, пришедшее из Крыма. Туда по указанию великого князя отправился Иван Иванович Звенец Звенигородский, который должен был любой ценой заключить с воинственным крымским ханом Менгли-Гиреем договор о союзе. Послу была поставлена задача добиться от хана обещания, что тот в случае вторжения Ахмата в русские пределы ударит ему в тыл или по крайней мере нападёт на земли Литвы, отвлекая силы короля. Цель посольства была достигнута.
Заключённый в Крыму договор стал важным достижением московской дипломатии. В кольце внешних врагов Московского государства была пробита брешь. Приближение Ахмата ставило великого князя перед выбором. Можно было запереться в Москве и ждать врага, надеясь на прочность её стен. В этом случае огромная территория оказалась бы во власти Ахмата и ничто уже не смогло бы помешать соединению его сил с литовскими. Был другой вариант - двинуть русские полки навстречу врагу. Именно так поступил в 1380 г. Дмитрий Донской. Последовал примеру своего прадеда и Иван III. В начале лета на юг были посланы большие силы под командованием Ивана Молодого и верного великому князю брата Андрея Меньшого. Русские полки разворачивались по берегу Оки, тем самым создавая мощный заслон на пути к Москве. 23 июня в поход выступил сам Иван III. В тот же день из Владимира в Москву была привезена чудотворная икона Владимирской Божьей Матери, с заступничеством которой связывали спасение Руси от войск грозного Тамерлана в 1395 г.
В течение августа и сентября Ахмат искал слабое место в русской обороне. Когда ему стало ясно, что Ока крепко охраняется, он предпринял обходной маневр и повёл свои войска к литовской границе, надеясь в районе устья реки Угры (приток Оки) прорвать линию русских полков. Иван III, озабоченный неожиданным изменением намерений хана, срочно выехал в Москву «на совет и думу» с митрополитом и боярами. В Кремле состоялся совет. Митрополит Геронтий, мать великого князя, многие из бояр и высшего духовенства высказались за решительные действия против Ахмата. Было решено готовить город к возможной осаде. Московские посады были сожжены, а их жители переселены внутрь крепостных стен. Как ни тяжела была эта мера, опыт подсказывал, что она необходима: в случае осады расположенные рядом со стенами деревянные постройки могли послужить неприятелю укреплениями или материалом для строительства осадных машин. В те же дни к Ивану III пришли послы от Андрея Большого и Бориса Волоцкого, которые заявили о прекращении мятежа. Великий князь пожаловал братьям прощение и повелел им двигаться со своими полками к Оке. Затем он вновь покинул Москву.
Тем временем Ахмат попытался форсировать Угру, но его атака была отбита силами Ивана Молодого. Несколько дней продолжались бои за переправы, которые также не принесли ордынцам успеха. Вскоре противники заняли оборонительные позиции на противоположных берегах реки. Началось знаменитое «стояние на Угре». То и дело вспыхивали перестрелки, но на серьёзную атаку ни одна из сторон не решалась. В таком положении начались переговоры. Ахмат потребовал, чтобы к нему с изъявлением покорности явился сам великий князь, или его сын, или по крайней мере его брат, а также чтобы русские выплатили дань, которую задолжали за несколько лет. Все эти требования были отклонены, и переговоры прервались. Вполне возможно, что Иван пошёл на них, стремясь выиграть время, поскольку ситуация медленно менялась в его пользу. На подходе были силы Андрея Большого и Бориса Волоцкого. Менгли-Гирей, выполняя своё обещание, напал на южные земли Великого княжества Литовского. В эти же дни Ивану III пришло пламенное послание архиепископа Ростовского Вассиана Рыло. Вассиан призывал великого князя не слушать лукавых советников, которые «не перестают шептать в ухо... слова обманные и советуют... не противиться супостатам», а последовать примеру прежде бывших князей, «которые не только обороняли Русскую землю от поганых (т.е. не христиан), но и иные страны подчиняли». «Только мужайся и крепись, духовный сын мой, - писал архиепископ, - как добрый воин Христов по великому слову Господа нашего в Евангелии: „Ты пастырь добрый. Пастырь добрый полагает жизнь свою за овец...»
Наступала зима. Угра замерзала и из водной преграды с каждым днём всё более превращалась в крепкий ледяной мост, соединяющий враждующие стороны. И русские, и ордынские воеводы начинали заметно нервничать, опасаясь, что противник первым решится на внезапное нападение. Сохранение войска сделалось главной заботой Ивана III. Цена необдуманного риска была слишком велика. В случае гибели русских полков Ахмату открывалась дорога в самое сердце Руси, а король Казимир IV не преминул бы воспользоваться случаем и вступить в войну. Не было уверенности и в том, что сохранят лояльность братья и недавно подчинённый Новгород. Да и крымский хан, видя поражение Москвы, мог быстро позабыть о своих союзнических обещаниях. Взвесив все обстоятельства, Иван III в начале ноября приказал отвести русские силы от Угры к Боровску, который в зимних условиях представлял собой более выгодную оборонительную позицию. И тут случилось неожиданное! Ахмат, решив, что Иван III уступает ему берег для решающей битвы, начал спешное отступление, похожее на бегство. В погоню за отступающими ордынцами были отправлены небольшие русские силы. Иван III с сыном и всем воинством вернулся в Москву, «и возрадовашася, и возвеселишася все людие радостию велиею зело». Ахмат спустя несколько месяцев был убит в Орде заговорщиками, разделив судьбу другого неудачливого завоевателя Руси - Мамая.
Современникам спасение Руси показалось чудом. Однако неожиданное бегство Ахмата имело и земные причины, не исчерпывавшиеся цепочкой счастливых для Руси военных случайностей. Стратегический план обороны русских земель в 1480 г. был хорошо продуман и четко осуществлен. Дипломатические усилия великого князя предотвратили вступление в войну Польши и Литвы. Свою лепту в спасение Руси внесли и псковичи, к осени остановившие немецкое наступление. Да и сама Русь была уже не той, что в XIII в., во времена нашествия Батыя, и даже в XIV в. - перед лицом орд Мамая. На место полунезависимых, враждующих друг с другом княжеств пришло сильное, хотя ещё и не совсем окрепшее внутренне Московское государство. Тогда, в 1480 г., трудно было оценить значение случившегося. Многие вспоминали рассказы дедов о том, как всего через два года после славной победы Дмитрия Донского на Куликовом поле Москва была сожжена войсками Тохтамыша. Однако история, любящая повторы, на этот раз пошла по другому пути. Иго, тяготевшее над Русью два с половиной столетия, окончилось.
Покорение Твери и Вятки.
Спустя пять лет после «стояния на Угре» Иваном III был сделан ещё один шаг к окончательному объединению русских земель: в состав Русского государства было включено Тверское княжество.Давно прошли те времена, когда гордые и отважные тверские князья спорили с московскими о том, кому из них собирать Русь. История разрешила их спор в пользу Москвы. Однако Тверь ещё долго оставалась одним из крупнейших русских городов, а её князья были в числе самых могущественных. Совсем ещё недавно тверской монах Фома восторженно писал про своего великого князя Бориса Александровича (1425- 1461 гг.): «Много искал я в премудрых книгах и среди существовавших царств, но нигде не нашёл ни среди царей царя, ни среди князей князя, кто бы был подобен сему великому князю Борису Александровичу... И воистину подобает нам радоваться, видя его, великого князя Бориса Александровича, славное княжение, исполненное многого самовластья, ибо покоряющимся - от него честь, а непокоряющимся - казнь!»
Сын Бориса Александровича Михаил уже не имел ни могущества, ни блеска своего отца. Однако он хорошо понимал, что происходит на Руси: всё движется к Москве - вольно или невольно, добровольно или уступая силе. Даже Новгород Великий -и он не устоял перед московским князем и расстался со своим вечевым колоколом. Да и тверские бояре - разве они не перебегают один за другим на службу к Ивану Московскому?! Всё движется к Москве... Не придёт ли однажды и его, великого князя тверского, очередь признать над собой власть москвича?..Последней надеждой Михаила сделалась Литва. В 1484 г. он заключил с Казимиром договор, нарушивший пункты достигнутого ранее соглашения с Москвой. Остриё нового литовско-тверского союза было недвусмысленно направлено в сторону Москвы. В ответ на это в 1485 г. Иван III объявил Твери войну. Московские войска вторглись в тверские земли. Казимир не спешил помочь своему новому союзнику. Не имея сил сопротивляться в одиночку, Михаил поклялся, что больше не будет иметь никаких отношений с врагом Москвы. Однако вскоре после заключения мира свою клятву он нарушил. Узнав об этом, великий князь в том же году собрал новую рать. Московские полки подступили к стенам Твери. Михаил тайно бежал из города. Тверичи во главе со своими боярами открыли великому князю ворота и присягнули ему на верность. Независимое великое княжество Тверское прекратило своё существование. В 1489 г. к Русскому государству была присоединена Вятка - отдалённая и во многом загадочная для современных историков земля за Волгой. С присоединением Вятки дело собирания русских земель, не входивших в Великое княжество Литовское, было закончено. Формально самостоятельными оставались только Псков и великое княжество Рязанское. Однако они находились в зависимости от Москвы. Расположенные на опасных рубежах Руси, эти земли часто нуждались в военной помощи великого князя московского. Власти Пскова уже давно не решались ни в чём перечить Ивану III. В Рязани правил юный князь Иван, который приходился великому князю внучатым племянником и был ему во всём послушен.
Успехи внешней политики Ивана III.
К концу 80-х гг. Иван окончательно принял титул «великого князя всея Руси». Названный титул был известен в Москве ещё с XIV в., но именно в эти годы он сделался официальным и из политической мечты превратился в реальность. Два страшных бедствия - политическая раздробленность и монголо-татарское иго - ушли в прошлое. Достижение территориального единства русских земель было важнейшим итогом деятельности Ивана III. Однако он понимал, что останавливаться на этом нельзя. Молодое государство нуждалось в укреплении изнутри. Надлежало обеспечить безопасность его границ. Ждала своего решения и проблема русских земель, попавших в последние столетия под власть католической Литвы, которая время от времени усиливала нажим на своих православных подданных. В 1487 г. великокняжеские рати совершили поход на Казанское ханство - один из осколков распавшейся Золотой Орды. Казанский хан признал себя вассалом Московского государства. Тем самым почти на двадцать лет было обеспечено спокойствие на восточных рубежах русских земель. Дети Ахмата, владевшие Большой Ордой, уже не могли собрать под свои знамена войско, сравнимое по численности с войском их отца. Крымский хан Менгли-Гирей оставался союзником Москвы, и дружественные отношения с ним ещё более укрепились после того, как в 1491 г. во время похода детей Ахмата на Крым Иван III послал на помощь Менгли русские полки.
Относительное спокойствие на востоке и юге позволило великому князю обратиться к решению внешнеполитических задач на западе и северо-западе. Центральной проблемой тут оставались взаимоотношения с Литвой. В результате двух русско-литовских войн (1492-1494 гг. и 1500- 1503 гг.) в состав Московского государства удалось включить десятки древних русских городов, среди которых были такие крупные, как Вязьма, Чернигов, Стародуб, Путивль, Рыльск, Новгород-Северский, Гомель, Брянск, Дорогобуж и др. Титул «великого князя всея Руси» наполнился в эти годы новым содержанием. Иван III провозгласил себя государем не только подвластных ему земель, но и всего русского православного населения, которое проживало на землях, входивших некогда в состав Киевской Руси. Не случайно Литва долгие десятилетия отказывались признать законность этого нового титула. К началу 90-х гг. XV в. Россия установила дипломатические отношения со многими государствами Европы и Азии. И с императором Священной Римской империи и с султаном Турции великий князь московский соглашался разговаривать только как равный. Московское государство, о существовании которого ещё несколько десятилетий назад мало кто знал в Европе, быстро получало международное признание.
Внутренние преобразования.
Внутри государства постепенно отмирали пережитки политической раздробленности. Князья и бояре, ещё недавно обладавшие огромной властью, теряли её. Множество семей старого новгородского и вятского боярства насильно были переселены на новые земли. В последние десятилетия великого княжения Ивана III, наконец, исчезли удельные княжества. После смерти Андрея Меньшого (1481 г.) и двоюродного дяди великого князя Михаила Андреевича (1486 г.) прекратили своё существование Вологодский и Верейско-Белозерский уделы. Печальна была судьба Андрея Большого, удельного князя углицкого. В 1491 г. он был арестован и обвинён в измене. Старший брат припомнил ему и мятеж в тяжёлом для страны 1480 году, и другие его «неисправления». Сохранилось свидетельство, что впоследствии Иван III раскаивался в том, сколь жестоко он обошёлся с братом. Но что-либо изменить было уже поздно - после двух лет заключения Андрей умер. В 1494 г. скончался последний брат Ивана III - Борис. Свой Волоцкий удел он оставил сыновьям Федору и Ивану. По завещанию, составленному последним, большая часть причитавшегося ему отцовского наследства в 1503 г. перешла к великому князю. После смерти Ивана III удельная система в прежнем своём значении никогда уже не возрождалась. И хотя он наделил своих младших сыновей Юрия, Дмитрия, Семена и Андрея землями, они уже не имели в них реальной власти. Уничтожение старой удельно-княжеской системы потребовало создания нового порядка управления страной.
В конце XV в. в Москве начали формироваться органы центрального управления - «приказы», которые были прямыми предшественниками петровских «коллегий» и министерств XIX в. В провинции главную роль стали играть наместники, назначавшиеся самим великим князем. Претерпевало изменение и войско. На место княжеских дружин приходили полки, состоящие из помещиков. Помещики получали от государства на время своей службы населённые земли, которые и приносили им доход. Земли эти назывались «поместьями». Провинность или раннее прекращение службы означали потерю поместья. Благодаря этому помещики были заинтересованы в честной и долгой службе московскому государю. В 1497 г. был издан Судебник - первый общегосударственный свод законов со времён Киевской Руси. Судебник вводил единые правовые нормы для всей страны, что явилось важным шагом к упрочению единства русских земель. В 1490 г. в возрасте 32 лет скончался сын и соправитель великого князя, талантливый полководец Иван Иванович Молодой. Его смерть привела к долгому династическому кризису, который омрачил последние годы жизни Ивана III. После Ивана Ивановича остался малолетний сын Дмитрий, представлявший старшую линию потомков великого князя. Другим претендентом на престол был сын Ивана III от второго брака, будущий государь всея Руси Василий III (1505-1533 гг.). За обоими претендентами стояли ловкие и влиятельные женщины - вдова Ивана Молодого валашская принцесса Елена Стефановна и вторая жена Ивана III, византийская принцесса Софья Палеолог. Выбор между сыном и внуком оказался для Ивана III делом крайне непростым, и он несколько раз менял своё решение, стремясь отыскать такой вариант, который бы не привёл к новой череде междоусобий после его смерти.
Поначалу верх взяла «партия» сторонников Дмитрия-внука, и он в 1498 г. был коронован по неизвестному до того чину великокняжеского венчания, несколько напоминавшему обряд венчания на царство византийских императоров. Юный Дмитрий был провозглашен соправителем деда. На плечи ему были возложены царственные «бармы» (широкие оплечья с драгоценными камнями), а на голову - золотая «шапка». Однако торжество «великого князя всея Руси Дмитрия Ивановича» продолжалось недолго. Уже в следующем году он и его мать Елена попали в опалу. А ещё через три года за ними сомкнулись тяжёлые двери темницы. Новым наследником престола стал княжич Василий. Ивану III, как и многим другим великим политикам эпохи средневековья, пришлось в очередной раз принести в жертву государственной надобности и свои родственные чувства, и судьбы своих близких. Между тем к великому князю незаметно подкрадывалась старость. Ему удалось завершить дело, завещанное отцом, дедом, прадедом и их предшественниками, дело, в святость которого уверовал ещё Иван Калита, - «собирание» Руси.
Летом 1503 г. у великого князя случился удар. Настало время задуматься о душе. Иван III, нередко круто обходившийся с духовенством, был тем не менее глубоко набожен. Больной государь отправился на богомолье по монастырям. Посетив Троицу, Ростов, Ярославль, великий князь вернулся в Москву. В 1505 г. Иван III, «божиею милостию государь всея Руси и великий князь Володимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской, и Югорский, и Вятский, и Пермский, и Болгарский, и иных» умер. Личность Ивана Великого была противоречива, как и время, в которое он жил. В нём уже не было пылкости и удали первых московских князей, но за его расчётливым прагматизмом ясно угадывалась высокая цель жизни. Он бывал грозен и часто внушал ужас окружающим, но никогда не проявлял бездумной жестокости и, как свидетельствовал один его современник, был «до людей ласков», не гневался на мудрое слово, сказанное ему в упрёк. Мудрый и осмотрительный, Иван III умел ставить перед собой ясные цели и достигать их.
Первый государь всея Руси.
В истории Русского государства, центром которого стала Москва, вторая половина XV столетия была временем юности - быстро расширялась территория, одна за другой следовали военные победы, завязывались отношения с далёкими странами. Старый обветшавший Кремль с небольшими соборами уже казался тесным, и на месте разобранных древних укреплений выросли мощные стены и башни, сложенные из красного кирпича. Внутри стен поднялись просторные соборы. Засияли белизной камня новые княжеские терема. Сам великий князь, принявший гордый титул «государя всея Руси», облачился в златотканые одеяния, а на своего наследника торжественно возложил богато расшитые оплечья - «бармы» - и драгоценную «шапку», похожую на корону. Но, для того чтобы каждый - будь он русский или иноземец, крестьянин или государь соседней страны - осознал возросшее значение Московского государства, одного внешнего великолепия было недостаточно. Необходимо было найти и новые понятия - идеи, в которых отразились бы и древность русской земли, и её независимость, и сила её государей, и истинность её веры. Этим поиском занялись русские дипломаты и летописцы, князья и монахи. Собранные воедино, их идеи составили то, что на языке науки называется идеологией. Начало формирования идеологии единого Московского государства относится к периоду княжения великого князя Ивана III (1462-1505 гг.) и его сына Василия (1505-1533 гг.). Именно в это время были сформулированы две основные идеи, остававшиеся неизменными на протяжении нескольких столетий, - идеи богоизбранности и независимости Московского государства.
Теперь всем предстояло узнать, что на востоке Европы появилось новое и сильное государство - Россия. Иван III и его окружение выдвинули новую внешнеполитическую задачу - присоединить западные и юго-западные русские земли, находившиеся под властью Великого княжества Литовского. В политике далеко не всё решается одной военной силой. Стремительное возвышение власти великого князя московского привело его к мысли о необходимости искать достойные обоснования своим действиям. Следовало объяснить вольнолюбивым новгородцам и гордым тверичам, почему именно московский князь, а не тверской или рязанский великий князь, является законным «государем всея Руси» - единственным владыкой всех русских земель. Нужно было доказать чужеземным монархам, что их русский собрат ни в чём не уступает им - ни в знатности, ни в могуществе. Надо было, наконец, заставить Литву признать, что она владеет древними русскими землями «не по правде», незаконно. Тем золотым ключом, который подобрали создатели идеологии единого Русского государства сразу к нескольким политическим «замкам», стало учение о древнем происхождении власти великого князя. Об этом думали и раньше, но именно при Иване III Москва со страниц летописей и устами послов громко заявила, что власть свою великий князь получил от самого Бога и от своих киевских прародителей, владевших в Х-XI вв. всей русской землёй.
Подобно тому, как возглавлявшие русскую церковь митрополиты жили сначала в Киеве, затем во Владимире, а позднее в Москве, так и киевские, владимирские и, наконец, московские великие князья самим Богом были поставлены во главе всех русских земель в качестве наследных и полновластных христианских государей. Именно на это ссылался Иван III, обращаясь в 1472 г. к непокорным новгородцам: «Вотчина моя это, люди новгородские, изначала: от дедов, от прадедов наших, от великого князя Владимира, крестившего землю Русскую, от правнука Рюрика, первого великого князя в вашей земле. И от того Рюрика и до сегодняшнего дня знали вы единственный род тех великих князей, сначала киевских, и до самого великого князя Дмитрия-Всеволода Юрьевича Владимирского (Всеволод Большое Гнездо, владимирский князь в 1176- 1212 гг.), а от того великого князя и до меня... владеем мы вами...» Тридцать лет спустя, во время мирных переговоров с литовцами после удачной для России войны 1500-1503 гг., посольские дьяки Ивана III подчёркивали: «Русская земля от наших предков, из старины, наша отчина... хотим за свою отчину стояти, как нам Бог поможет: у нас Бог помочник и наша правда!» «Старину» дьяки вспомнили не случайно. В те времена это понятие было очень важным.
Именно поэтому великому князю было очень важно заявить о древности своего рода, показать, что он - не выскочка, а правитель русской земли по «старине» и «правде». Не менее важна была и мысль о том, что источником великокняжеской власти является воля самого Господа. Это ещё больше возвышало великого князя над его подданными, которые, как писал один иностранный дипломат, побывавший в начале XVI в. в Москве, постепенно начинали верить, что «воля государя есть воля Божья». Провозглашаемая «близость» к Богу накладывала на монарха ряд обязанностей. Ему надлежало быть благочестивым, милостивым, заботиться о сохранении его народом истинной православной веры, творить справедливый суд и, наконец, «боронить» (защищать) свою землю от врагов. Конечно, в жизни далеко не всегда великие князья и цари соответствовали этому идеалу. Но именно такими хотел их видеть русский народ. Новые идеи происхождения власти великого князя московского, древности его династии позволили ему уверенно заявить о себе среди европейских и азиатских правителей. Русские послы давали понять иностранным владыкам, что «государь всея Руси» - независимый и великий правитель. Даже в отношениях с императором Священной Римской империи, который в Европе признавался первым монархом, Иван III не желал поступаться своими правами, считая себя равным ему по положению.
По примеру того же императора он приказал вырезать на своей печати символ власти - увенчанного коронами двуглавого орла. По европейским образцам был составлен и новый великокняжеский титул: «Иоанн, Божиею милостию государь всея Руси и великий князь Володимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской, и Югорский, и Вятский, и Пермский, и Болгарский, и иных». При дворе начали вводиться пышные церемонии. Своего внука Дмитрия, впоследствии попавшего в немилость, Иван III венчал на великое княжение по новому торжественному обряду, напоминавшему обряды венчания византийских императоров. О них Ивану могла рассказывать его вторая жена - византийская принцесса Софья Палеолог... Так во второй половине XV в. в Москве создавался новый образ великого князя - сильного и полновластного «государя всея Руси», равного по своему достоинству императорам. Вероятно, в последние годы жизни Ивана III или вскоре после его смерти в придворных кругах было написано сочинение, призванное ещё больше прославить род московских князей, наложить на него отблеск величия древних римских и византийских императоров.
Это сочинение получило название «Сказание о князьях владимирских». Автор «Сказания» старался доказать, что род русских князей связан с самим царём «веса вселенныа» Августом - императором, правившим в Риме с 27 г. до н.э. по 14 г. н.э. У этого императора, говорилось в «Сказании», был некий «сродник» (родственник) по имени Прус, которого он послал правителем «на берега Вислы-реки в города Мальборк, и Торунь, и Хвоини, и преславный Гданьск, и во многие другие города по реке, называемой Неманом и впадающей в море. И жил Прус очень много лет, до четвёртого поколения; и с тех пор до нынешних времён зовётся это место Прусской землей». А у Пруса, говорилось дальше, был потомок, которого звали Рюрик. Этого-то Рюрика и позвали новгородцы к себе на княжение. От Рюрика произошли все русские князья - и великий князь Владимир, крестивший Русь, и правнук его Владимир Мономах, и все последующие - вплоть до великих князей московских. Связать свою родословную с древними римскими императорами стремились почти все европейские монархи того времени. Великий князь, как мы видим, не стал исключением. Однако на этом «Сказание» не кончается. Далее оно повествует о том, как в XII в. древние царские права русских князей были особо подтверждены византийским императором Константином Мономахом, приславшим великому князю киевскому Владимиру (1113-1125 гг.) знаки императорской власти - крест, драгоценный «венец» (корону), сердоликовую чашу императора Августа и другие предметы. «И с тех пор, - гласит «Сказание», - великий князь Владимир Всеволодыч стал именоваться Мономахом, царем великой Руси... С тех пор и доныне тем венцом царским, который прислал греческий царь Константин Мономах, венчаются великие князья владимирские, когда ставятся на великое княжение русское».
У историков достоверность этого предания вызывает большие сомнения. Но современники отнеслись к «Сказанию» иначе. Его идеи проникли в московское летописание XVI столетия и сделались важным звеном официальной идеологии. Именно на «Сказание» ссылался Иван IV (1533- 1584 гг.), добиваясь признания за собой царского титула. Центром, где создавалась новая идеология, была Москва. Однако о новом значении Московского государства задумывались не только в Кремле. Долгими бессонными ночами при дрожащем свете лучины думал о судьбе России, о её настоящем и будущем монах Псковского Елеазарова монастыря Филофей. Свои мысли он изложил в посланиях великому князю Василию III и его дьяку Мисюрю Мунехину. Филофей был уверен, что Россия призвана сыграть в истории особую роль. Она - последняя страна, где сохранилась истинная православная вера в своём первоначальном, неиспорченном виде. Вначале чистоту веры сохранял Рим, но постепенно вероотступники замутили чистый источник. На смену Риму пришёл Константинополь, столица Византии, - «второй Рим». Но и там от истинной веры отступили, согласившись на унию (объединение) с католической церковью. Произошло это в 1439 г. А в 1453 г. в наказание за этот грех древний город был предан в руки «агарян» (турок). «Третьим» и последним «Римом», центром мирового православия, стала с тех пор Москва. «Так знай, - писал Филофей Мунехину, - что все христианские царства пришли к концу и сошлись в едином царстве... и это - российское царство: ибо два Рима пали, а третий стоит, а четвёртому не бывать!» Из этого Филофей сделал вывод, что русский государь «во всей поднебесной есть христианам царь» и является «сохранителем... святой вселенской апостольской церкви, возникшей вместо римской и константинопольской и существующей в богоспасаемом граде Москве». Однако Филофей отнюдь не предлагал великому князю силою меча привести все христианские земли под свою власть. Чтобы Россия стала достойна этого высокого предназначения, он призвал великого князя «хорошо урядить своё царство» - искоренить в нём несправедливость, немилосердие и обиды. Идеи Филофея в совокупности составили так называемую теорию «Москва - третий Рим». И хотя эта теория не вошла в официальную идеологию, она подкрепила одно из важнейших её положений - о богоизбранности России, став вехой в развитии русской общественной мысли. Идеология единого Московского государства, основа которой была заложена во второй половине XV - начале XVI вв., продолжала развиваться в XVI-XVII столетиях, приобретая более законченные и вместе с тем неподвижные, окостеневшие формы. О первых же десятилетиях её создания напоминают величественные соборы Московского Кремля и гордый двуглавый орёл, в начале 90-х гг. XX столетия вновь ставший государственным гербом России.
Иван III Васильевич. Гравюра из «Космографии» А. Теве, 1575 год
Иван III (1440 – 1505 годы) – один из выдающихся деятелей российской истории. Нас разделяет пять столетий.
Краткое описание «властителя Великой Белой Руси» оставил, находившийся в Москве в 1476 году, венецианец Амброджо Контарини: «Государю от роду 35 лет, …он высок, но худощав; вообще он очень красивый человек» . Итальянец зафиксировал, что государь выказал по отношению к нему величайшую учтивость, обходительность и даже предупредительность .
Современники именовали его Грозный, Правосуд, Державный. Потомки назвали его Великим.
Каким же был тот, кому выпало принимать на себя нелегкие вызовы времени? Он не оставил нам ни одного документа, написанного собственной рукой: нет ни писем, ни дневников, ни записок, ни мемуаров. В те времена властители не писали собственноручно. Остались Летописи ‒ Никоновская, Львовская, Архангельская, Софийская II. Сохранились Акты, Договоры, Грамоты, Разрядные приказы, дипломатические документы, свидетельства иностранцев. Они сделали возможным изучение эпохи, позволили прийти к пониманию проблем XV столетия. Вчитываясь в них, можно понять, как князь Иван добивался своих целей. Поступки, решения, дела, свершения позволяют потомкам представить фигуру исторического деятеля более объемно.
О «Государе всея Руси» оставили свои размышления Н.М. Карамзин, Н.И. Костомаров, С.М. Соловьев, В.О. Ключевский, С.Ф. Платонов. А так же М.И. Покровский, А.А. Зимин, В.Б. Кобрин, Р.Г. Скрынников.
И в настоящее время появляются историки, которые по-новому прочитывают уже известный материал, находят новые документы, свидетельства, артефакты и добавляют к существующему историческому образу новые краски.
Княжение Ивана III началось в 1462 году. Однако к этому времени он уже не был новичком в политике, поскольку включился в управление государством по поле своего слепого отца с десятилетнего возраста.
По завещанию Василия Темного Иван III получил 16 городов, часть Москвы, которой управлял поначалу вместе с братьями. Они также получили вотчины. Последняя воля Василия II была политически уязвимой. Угроза гражданской войны вновь нависла над страной. Большая заслуга Ивана Васильевича состояла в том, что он сумел избежать этой напасти, не допустить масштабных распрей между Рюриковичами. Вот почему он ограничивал их права в распоряжения своими уделами . Четыре брата были уверены, что должны совместно управлять всей Русской землей. Они жили нормами «старины». А мир менялся. Старший, Иван III, так не считал. Он продолжил курс предшественников на централизацию. Уделы становились помехой делу создания единого государства. Все, без исключения, должны были признать себя подданным. Современные ученые уверены: компромиссы привели бы к торможению на пути объединения. Иван Васильевич действовал жёстко. Но и братья отчаянно боролись за «старину». «Удельный князь был крамольник, если не по природе, то по положению: за него цеплялась всякая интрига…» . Самый беспокойный родственник, князь Андрей Васильевич Большой, был объявлен изменником за то, что ослушался великого князя в 1491 году, не отправил своих воевод в военный поход против ордынцев. Андрей Горяй был заключен в тюрьму, где вскоре погиб. Такая изоляция противника вполне заурядный (и не самый жестокий) метод средневековый борьбы.
С высоты прошедших столетий, понятно, что братья великого князя проиграли ему в противостоянии «старого» и «нового». Но также понятно, что дорога к этому новому была трудной и кровавой . Похожие сюжеты найдутся в истории любого правящего дома.
Вместе с тем, московский великий князь не был патологическим мучителем. Жестокость его имела определенные политические цели. Иван Васильевич, прежде всего, стремился объединить русские земли. «Собирание» Руси отвечало интересам широких слоев общества . Родственные узы не стали препятствием на этом пути. Государь действовал различными способами. Впрочем, историки считают, что вопрос не вполне изучен, механизм наследования московской власти еще ждет своего вдумчивого исследователя .
Земли Северо-Восточной Руси были поглощены почти бескровно. Еще в 1471году окончательно присоединили Ярославское княжество, в 1474 году Ростовское. В 1472 году началось присоединение Перми Великой . В 1485 году перешла к Москве Тверь. В 1489 году – Вятская земля. Отношения с Псковской землей проходили в русле постепенного ограничения ее государственности .
Это был объективный процесс, сущностные моменты основательно проанализированы в научной литературе. Великое княжение и удельное княжество имели одинаковую структуру управления. А.Ю. Дворниченко пришел к выводу, что объединялась не только территория, объединялась и власть, так как власть удельная была подобна центральной . В отношении с Новгородом политика оказалась иной.
Объединение русских земель при Иване III
Соперничество Новгорода с Москвой усилилось еще при Дмитрии Донском. В пику московского титула «великий князь», новгородцы стали именовать свой город Великий Новгород .
Противостояние Новгорода и Москвы от десятилетия к десятилетию усиливалось. Уже в середине XV века было ясно, что финал республиканской независимости – дело ближайшего времени. Узнав о стремлении новгородцев перейти под власть католической Литвы, Иван III под лозунгом защиты православия совершает против новгородцев два военных похода (1471год;1477год) и один мирный (1475 год). У боярской власти не нашлось защитников, и «Новгород упал в руки московского князя, утвердившего полную власть над новгородцами в январе 1478 года» .
Великий князь призывал новгородцев не отступать от «старины», вспоминал Рюрика и Владимира Святого. «Старина» в глазах Ивана Васильевича ‒ исконное единство Русской земли под властью великого князя. Это ‒ принципиально важный момент, его следует отметить особо, так как впервые предприняли историческое обоснование новой политической доктрины. Иван III стремился исключить удельную традицию, на которую собственно опирался новгородский сепаратизм . В январе 1478 года услышав, от побежденных, что они не знают особенностей московского правления, великий князь дал разъяснение: «наше государьство великих людей таково: вечю колоколу во отчине нашей в Новегороде не быти, посаднику не быти, а господарьство свое нам держати» . Янин высказался весьма определенно по поводу тех событий: «О каких-либо проявлениях демократии в XV веке говорить не приходится, и когда наступает решительный момент окончательного столкновения Москвы и Новгорода, оказывается, что простому населению Новгородской земли нечего защищать в сложившихся к тому времени порядках…Не было столкновения деспотизма и демократии. Было столкновение однородных сил феодализма, в котором новгородская боярская власть не получила поддержки со стороны населения» . Все специалисты единодушны во мнении: Россия обрела свое могущество, объединив Москву и Новгород. Политическое влияние Руси распространилось вплоть до Северного Урала. Новгородский «взнос» в фонд создания единого русского государства оказался решающим .
Вывоз новгородского вечевого колокола в Москву в 1478 г. Миниатюра из Лицевого свода.
Великий князь не стремился тотально уничтожить проигравших. Современные историки считают, что финал боярской республики на Волхове не был равнозначен крушению Новгорода . Город стал важнейшим элементом в системе Московского государства. Присяга новгородцев российскому государству, увоз вечевого колокола в Москву не ликвидировало новгородскую самостоятельность, вольности и экономическую деятельность. К этому привела Ливонская война (1558 ‒ 1583 годы), в результате которой потеряли выход к Балтийскому морю .
Иван Великий – ключевая фигура нашей истории. Его по праву можно называть создателем Русского государства. Символом этой новой страны стал Московский Кремль. За белокаменными кремлевскими стенами, которые помнили Дмитрия Донского, располагались великокняжеский и митрополичий дворцы, дома знати, правительственные учреждения, монастыри, монастырские подворья, церковные храмы. Древнейший из них – Успенский собор. Как и все в Кремле, он обветшал, требовал перестройки. Об обновлении храма еще в 1471 г. задумался митрополит Филипп. По традиции были объявлены торги на сооружение собора.
Самую низкую цену объявили московские мастера – Мышкин и Кривцов. Из казны митрополита на возведение храма были выделены большие деньги. В 1472 г. закипела работа. Но в мае 1474 г. уже возведенные стены обрушились. В летописи названа причина – землетрясение. Приглашенные для консультации псковские мастера объяснили, что «известь неклеевита», не смогла удержать постройку. Очевидно, срыв строительства был связан с утратой русскими мастерами навыков крупного строительства. Москвичи усмотрели в случившемся знак, поданный свыше. И митрополит Филипп прекратил свои хлопоты . Иван III год смотрел на полуразрушенный собор. Безусловно, он понимал, как важна новая архитектура для его столицы. Современные строения ярко продемонстрировали бы соседям суверенность России. Великий князь принял решение: осуществить восстановление храма, применив передовые строительные техники и технологии. В этом и состоял смысл приглашения итальянских специалистов в Россию. Именно при Иване Васильевиче в Московское царство стали звать на службу иностранцев. Первые из них появились в Москве после бракосочетание Ивана III с Софьей Палеолог. Прибыли в свите византийской невесты и стали придворными Ивана Васильевича Фома и Дмитрий Ивановичи Рале (Ларевы в русской традиции), Никула и Эммануил Ивановичи Ангеловы, семейство Траханиотовых. Помимо греков на службе появились итальянцы, «фрязи», как их называли в то время, отделяя от прочих «немцев». Аристотель Фиорованти, Антон Фрязин, Марко Фрязин, Алевиз Фрязин Старый, Пьетро Антонио Солари создали и построили то, что по праву может считаться синтезом европейской и русской культуры . Знаменитого Аристотеля Фиорованти пригласили официально, предложив весьма значительную сумму за его услуги. Опытный инженер и строитель из Болоньи, нуждался в заказах. В нем также были весьма заинтересованы. Получив одновременно предложение от турецкого султана и от московского государя, он выбрал второе. В 1475 г. итальянец приехал в Москву. В православной столице его встретили ласково. Поручили создание главной русской святыни собора Успения Богородицы. Исследователи уверены, что изучая русское зодчество, Аристотель совершил две поездки – одну во Владимир, вторую – на север, в Новгород и Псков. И только после этого приступил к делу. Он использовал незнакомые русским инженерные практики, кирпичную кладку, пользовался циркулем и линейкой.
Успенский Собор
В августе 1479 года Успенский собор был торжественно освящен. Для жителей Московского царства возведение собора Успения Божией матери имело особый смысл. Ведь Богородица обещала и после смерти заботиться обо всех христианах. По библейскому преданию иудейский первосвященник Афония, пытавшийся помешать траурной процессии, проводам Богоматери, был жестоко наказан неведомой силой. Он лишился обеих рук. А потому молящиеся в Успенском соборе православные русские люди верили, что это святилище – залог их успеха в победах над всеми врагами земли Русской, что Богородица поможет единственной оставшейся православной стране отстоять свою веру. Новый Успенский собор в Кремле был своего рода призывом великого князя к своим подданным. Иван Васильевич, таким образом, призывал к противлению Орде. Старое мышление нашептывало: нельзя противиться ханом. Новое, носителем которого стал московский правитель, объявляло: с ханами нужно бороться, сдаваться нельзя, надобно победить! Так, соединив искусство Ренессанса и традиции древнерусского зодчества, Аристотель Фиорованти воплотил мечту русского правителя о главном храме страны. Воскресенская летопись точно передает впечатление современников: «Бысть же та церковь чюдна велми величеством и высотою и светлостью и звонкостью и пространством; такова же прежде не бывало на Руси, опричь Владимирской церкви…». Воздействие итальянского Возрождения революционизировало русскую архитектуру, изменило своеобразие московского зодчества и создало новые стилистические формы. При этом, безусловно, исторические особенности русской архитектуры, совпадающей по времени с эпохой Возрождения в Италии, оказываются весьма необычными. В Московской Руси идеи Возрождения так никогда и не освободились от черт Средневековья. Они явились соединением старого и нового . Величественный Московский Успенский собор превзошел Владимирский. Теперь, до самого окончания XVII столетия, повсюду на Руси он стал образцом, идеалом, которому следовало подражать . Росписи собора выполнялись в 1482-1515 гг. Среди иконописцев был Дионисий, продолживший традиции Андрея Рублева. Именно в этом храме находилась чтимая народом русская святыня – «Владимирская икона Божьей матери».
Успенский собор стал символическим образом Московского царства и православной церкви . Он продемонстрировал устремления Ивана III к единству страны и превращению Москвы в столицу объединенных русских земель под дланью московского великого князя.
В это время продолжалось укрепление власти Державного правителя, развитие идеологии, стремившейся придать новый характер русскому государству.
Складывание территории единого государства в основном было закончено к 1480-м годам . И все соседние страны – Польша, Литва, Ливонский Орден, Швеция, Большая Орда, Казанское ханство – восприняли это крайне враждебно.
Большая Орда – осколок Золотой Орды – претендовала на все владения последней. Занимавший трон честолюбивый хан Ахмат ощущал себя наследником Чингисхана. Однако с начала 1470-х годов Иван III «выход» Орде не посылал, сам туда не ездил, ограничиваясь подарками. А.А. Горский замечает:
Иван III разрывает ханскую грамоту. Худ. А.Д. Кившенко.
«Создается впечатление, что именно в начале – середине 70-х годов происходит «идеологическое осмысление» необходимости обретения независимости от Орды». Он приходит к выводу, что тогда начался принципиально новый этап в отношениях Руси с Ордой. А в окружении правителя сложилась серьезная группировка, ратующая за непризнание ханского сюзеренитета . Первую попытку наказать Москву Ахмат предпринял в 1472 году. Тогда же впервые татары отступили перед русскими полками. Позже, в 1476 году, посол хана в ультимативной форме потребовал заплатить долги. Иван III отказался. Развязка приближалась стремительно.
В 1480 году ордынцы двинулись на Русь, остановились у притока Оки – Угры, здесь пролегала граница между Литвой и Русью. Началось знаменитое «стояние на Угре»: ордынцы пытались форсировать реку, русские пушки не давали им этого сделать.
Стояние на реке Угре. Худ. А. Серов.
Успех русской армии был обеспечен применением полевой артиллерии, огнестрельного оружия, правильным расположением войск, их умелым маневрированием. Полки Ивана III были вооружены современным оружием, русские пушкари стреляли точно и метко, уничтожали и рассеивали ордынцев, которые так и не решились перейти в наступление .
Кампания 1480 г. - пример стратегической оборонительной операции с решительным результатом в условиях войны на два фронта, в сложнейших внешне- и внутриполитических условиях. Ставка государя находилась в ближайшем тылу и имела реальную возможность для действенного оперативного руководства войсками .
При Иване III появилось целая плеяда выдающихся военных деятелей. Достойны упоминания кн. Семен Федорович Воротынский, кн. Борис Иванович Горбатый (Суздальский), кн. Семен Иванович Ряполовский, кн. Семен Данилович Холмский кн. Василий Федорович, Шуйский, Дмитрий Васильевич Шеин, кн. Данило Васильевич Щеня.
Стоит напомнить, что Иван III провел успешную военную реформу, которая привела к созданию единой военной системы Русского государства. Армия получила надежные боевые доспехи, современное огнестрельное вооружение, прежде всего, пушки. Иван Васильевич умел выслушать своих военных специалистов, понять суть их размышлений и предложений, принять (в большинстве случаев) верное решение. И победил. Обретение суверенитета – ключевой момент не только в истории правления Ивана Великого, но и в истории России в целом.
Политические успехи Ивана III требовали перемен в столице. Завоевания независимости сделали Кремль сосредоточением государственной власти. И правитель задумался о перестройке своей резиденции. Вновь были востребованы знания и таланты Аристотеля Фиорованти, который составил план предстоящих трудов. Известна дата начала работ. 19 июля 1485 г. итальянский зодчий Антон Фрязин заложил стрельницу вместо старых белокаменных ворот. Так появилась Тайницкая башня (в ее основании имелся тайный ход к реке). Опытные итальянские фортификаторы возвели первоклассную крепость, стены которой протянулись на два километра, их высота колебалась от 19 до 8 м, а ширина составляла 3-6 м. По периметру располагалось 18 мощных башен с 3-5 ярусами бойниц. Угловые башни сделали круглыми (исключением стала многогранная Собакина башня). Водовозная прятала колодец, который снабжал Кремль водой, Троицкая стала тюрьмой для особо важных преступников, Набатная своим колоколом подавала москвичам сигналы опасности, собирала народ на площадь. По верхней кромке стены проходила широкая боевая площадка, которую с внешней стороны закрывали тысячи зубцов. Знаменитый миланский ласточкин хвост удивительным образом вписался в русский ландшафт. Проездные башни тщательно укрепили отводными стрельницами, опускающимися герсами, дополнили подъемными мостами и предмостными укреплениями. Крепость была практически неприступной. Искусствоведы восхищаются цельностью, законченностью архитектурного ансамбля, отмечают стремление его к геометризму.
Московский Кремль при Иване III. Худ. А. Васнецов.
Тем самым, полагают они, гений Фиорованти утверждал в архитектуре порядок, в противовес хаосу Средневековья. Замысел гения европейского Возрождения нашел полную поддержку православного правителя. Стоит подчеркнуть, что решая задачу борьбы за независимость, Иван Васильевич стал присматриваться к Европе. Московский князь обнаружил, что при общении с европейцами русские порой существенно уступают, и решился приступить к преодолению отставания. И начал европеизацию страны . Ни турецкие султаны, ни китайские богдыханы, ни шахи и падишахи, ни великие моголы, не замечал европейские «новины». А московский властитель проявил к ним большой интерес. Однако был он осторожен, действовал постепенно. Сконцентрировался на оружейном и техническом мастерстве (главным образом, пушколитейном деле и каменном строительстве), а также на организации дипломатической службы . Не боялся иностранцев, но кардинально не менял московскую жизнь. Твердо хранил русские обычаи и православную веру . В 1491 г. завершили строительство Грановитой палаты. Начатая Марком Фрязином и законченная Пьетро Антонио Солари она в истории русской гражданской архитектуры занимает особое место. Как и Успенский собор, она хранила в своем облике национальные традиции, которые не поглотило искусство Возрождения. В Грановитой палате устраивались праздничные обеды, проходили приемы иностранных гостей, позже заседали Земские соборы. В просторных Святых сенях ожидали государевой аудиенции. Красное крыльцо предназначалось для торжественных выходов государя. При Иване III псковские мастера поставили церковь Ризположения и Благовещенский собор. Они сочетали в себе элементы псковской и московской архитектуры. И все построенные храмы находились в гармонии, не противоречили друг другу, составляя единое художественное целое.
Следует признать, что во всем Ивану Васильевичу было присуще чувство меры. Правитель был человеком выдающегося ума и государственного таланта. Иван III умер, не увидев завершения строительства Архангельского собора, ставшего усыпальницей московских правителей. Его положили в еще недостроенный храм. Вокруг Державного, который уже стал историей, продолжала кипеть жизнь, не прекращалось строительство и благоустройство Кремля. Иван Васильевич определил главные цели этих изменений, он руководил главными работами, его замысел приобрел мощные очертания. Но не был им завершен. Как не был окончательно завершен и его царственный замысел. Но именно Иван Великий осуществил важнейший созидательный рывок в строительстве Русской державы.
Единое Русское государство ещё в ходе своего становления начало целенаправленно осваивать разнообразный опыт модернизирующегося Запада, что обеспечило ему конкурентоспособность и военно-политическое превосходство над восточными соседями.
Иван III выиграл во Времени и в Пространстве. Россия при его приемниках стала Империей. Именно процесс европеизации стало основой конкурентоспособности России. Великий государь Иван III, в определенной степени, сформировал предпосылки преобразований Петра I , создал основы превращения России в великую европейскую державу в XVIII в.
В его правление начинаются реформы общегосударственного масштаба. Перемены охватили все сферы: политическую систему, социально-экономический строй, законодательство. Стала складываться система правления единого государства. В 1470-е годы Иван Васильевич принимает титул «Государя всея Руси». Россия становится заметным государством в тогдашнем мире, устанавливает дипломатические отношения, взаимодействует как с европейскими, так и с азиатскими государствами. Складываются, внешнеполитические приоритеты, постепенно формируются национально-государственные интересы страны. Международно-правовой статус Российского государства – это, прежде всего, статус его монарха, который базируется на символах его власти. Возникла потребность в создании герба, и он был создан. В Государственном архиве древних актов хранится документ, датируемый 1497 годом. Великокняжеская печать Ивана III, скрепила “меновую и отводную” грамоту на земельные владения удельных князей. Сделана она была из красного воска. В то время печать привешивалась, а не прикладывалась, так что она имела две стороны. Эмблемы печати – всадник, поражающий змия копьем (на лицевой стороне) и двуглавый орел (на оборотной стороне).Еще Н.М. Карамзин в «Истории государства Российского» отметил, что символика российского герба берет свое начало от печати 1497 года. Данное мнение разделяет большинство научного сообщества . Мы знаем, что всадник – древнее изображение, символизирующее князя. Почитался на Руси и Георгий Победоносец, он воспринимался как небесный покровитель войска. Популярен был святой Георгий и в Европе, где почитался покровителем рыцарства.
Небесный Воин на белом коне, поражающий копьем Змия присутствовал на знаменах княжеских дружин, шлемах и щитах ратников, на монетах и печатных перстнях – знаках отличия военачальников, на великокняжеских печатях. Святой Георгий во времена Дмитрия Донского стал покровителем Москвы. Икона-горельеф святого Георгия была установлена на Фроловской (Спасской) башне Кремля по приказу Ивана Васильевича в 1464 г. Образ водрузили с наружной стороны, для охраны Кремля от врагов. Позже итальянские мастера на этом месте построили Спасскую башню, над ее воротами поместили образ Спасителя, а скульптуру святого Георгия перенесли сначала в Георгиевскую церковь, потом в Вознесенский монастырь. Георгия Победоносец был образцом христианских добродетелей. Совсем неслучайно образ его был на великокняжеских стягах Ивана III, с которыми он вышел на Великое стояние на Угру . Многие исследователи полагают, что изображение святого Георгия на государственной печати и в московской символике времен Ивана Великого стало знаком преемственности московских князей владимирским и киевским князьям. Также символически подчеркивалась роль московского князя как оплота Православия. Анализ семантики изображений показывает, что обе эмблемы соответствовали определенным частям титула: всадник – субъектному титулу, называющему самого государя, а орел – объектному или территориальному, описывающему государство . Орел – издавна воспринимался как символ небесной (солнечной) силы, огня и бессмертия, как символ богов и их посланец. В Средневековье он почитался как символ воскрешения Христа. Двуглавый орел заменил льва Василия II, потому что имел принципиально новое значение. Государственная символика стала необходимой, так как государственная идеология требовала подкрепление своих идей, в том числе и зрительно, наглядно. Следовало решить две задачи. Во-первых, объяснить своему народу новую систему власти, новую политическую реальность. Во-вторых, показать всему миру державное достоинство Московского государства . Наиболее обоснованное предположение заключается в том, что двуглавый орел на государственной печати Ивана III символизирует, прежде всего, претензии московской власти на обширные территории некогда единого Древнерусского государства, которое мыслилось великим князем как его родовая отчина. Историки полагают, что две головы орла можно трактовать как две части Российского государства: одна уже находилась под властью Москвы, вторую еще московским Рюриковичам предстояло вернуть. С точки зрения великого московского князя, именно он обладал владельческими правами по отношению ко всем землям, которые когда-то принадлежали Киеву. Вот почему, тогда же, в конце XV века изображения позолоченного двуглавого орла на красном поле появились на стенах Грановитой палаты в Кремле. Московский правитель реализовал свои устремления: в результате войн с Литвой, к России отошли значительные территории на западе, в 1510 г., затем при Василии III, был присоединен Псков, а в 1514 г. Смоленск .Специалисты до сих пор не пришли к единому мнению и не остановились на согласованной версии об источнике появлении орла в русской государственной символике. Орел был заимствован. Но у кого? У Священной Римской Империи? У Балканских стран? У Византии? У Новгородской республики? Каждая из версий является основательной .Но не одна до конца не является убедительной. Вполне возможно, что все варианты вместе содействовали формированию решения Ивана III. Важно иное: в те годы, когда родилось единое российское государство, был создан государственный герб новой страны. Им стал двуглавый орел – и этот символ неразрывно связан с Россией до наших дней, вот уже несколько столетий.
Печать Ивана III (1497 г.)
В 1498 г. состоялось первое в отечественной истории венчание на царство. Иван III венчал шапкой Мономаха на великое княжение Дмитрия-внука. Была введена система присяги знати на верность правителю, появилась крестоцеловальная грамота о княжеском и боярском «неотъезде». Возникла особая форма землевладения – поместная система, при которой помещик держал землю только на время исполнения действительной службы. Была создана общерусская монетная система.
В 1497 г.был создан первый общерусский Судебник . Традиционно считается, что Судебник предназначался для регулирования процессуальных, уголовных и гражданских правоотношений . Однако анализ текста, проведенный Б.Н. Земцовым, показал, что в конце XV в. наиболее важным для авторов, во главе с Иваном III, было создание новой системы органов исполнительной власти. Сложная политическая ситуация в стране потребовала новой регуляции судебных функций центральных и местных органов власти .
При Иване Великом происходит становление Государева Двора, осуществлявшего функции государственного аппарата власти. Его верхней палатой была Боярская дума. Она приобретает черты представительности от различных слоев аристократии, становится «соправительствующим» органом при государе, возглавляющем единое государство . Современный дискурс по вопросу о политических формах русского государства связан с вовлечением в научный оборот новых источников. Ранее высказанные идеи требуют уточнения на основе последних данных .
Преодоление раздробленности, начало формирования государства способствовали появлению идеи «Москва – новый Царьград». Впервые она была озвучена митрополитом Зосимой на церковном соборе в 1492 г. Позже высказанные мысли получат развитие в сочинениях старца Филофея (ок.1465-1542 гг.), который назовет Россию «Третьим Римом». Но лишь после обретения патриаршества в XVII столетии эта формула наполнится политическими смыслами. Тогда, в конце XV в., нет еще имперских амбиций, речь идет о необходимости утверждения в стране истинно христианской веры .
Софья Палеолог. Пластическая реконструкция (1994 г.)
Стоит сказать о втором браке Ивана Васильевича с племянницей последнего византийского императора Софьей Палеолог в 1472 году и «получении прав на Константинополь». Римские Папы, Павел II, Сикст IV, греки-униаты, восточные православные трактовали «византийское наследство» как возможность и обязанность Московии вести войну за конкретные территории, бывшие некогда византийскими. А государь суверенной России стремился на «семи московских холмах» воздвигнуть новый православный Царьград. Воевать с Османами московиты не стали. Отечественная дипломатия приложила все усилия к налаживанию добрых отношений с Великой Портой. Для Ивана Васильевича в основе внешней политики лежали российские национально-государственные интересы и осознание достоинств царства, которым он правил .
Москва, по мере собирания русских земель, утвердилась в роли преемника Киевской Руси, стала символом политического объединения на народной национальной основе. Иван III превратился в политического лидера, Государя всея Руси, призванного объединить все православные русские земли, когда-то входившие в состав Древнерусского государства. Отсюда новое понимание государственного начала, как отражения интереса складывающейся нации . Как правитель, Иван III был первоклассным мастером своего дела. Начав процесс собирания русских земель, поглощения их более сильным Московским княжеством, Иван III приступил к изменению ранее существовавшего политического строя. Рожденный данником степной Орды, он стал правителем страны, признанной в Риме и Стамбуле, Стокгольме и Вене, Вильно и Кракове. Умело сочетал тактику войны и мира, восстановил свободу и целостность России, охранял ее границы от вражеских поползновений. Разумеется, Московское государство во второй половине XV в. переживало процесс становления. Его институты были еще аморфны, границы властных полномочий различных органов не были строго очерчены. В этих условиях властное поведение Ивана III правителя играло весьма важную роль. В историю страны державный правитель Московского царства вошел как создатель независимого государства под названием Россия.
Щербакова Ольга Михайловна,
кандидат исторических наук, доцент, доцент кафедры истории Московского государственного технического университета им. Н.Э. Баумана
Земцов Борис Николаевич,
доктор исторических наук, профессор. профессор кафедры истории Московского государственного технического университета им. Н.Э. Баумана
Кудрявцев О.Ф. Визит поневоле: Россия Ивана III глазами венецианского посла Амброджо Контарини //Средние века. 2014, №75. С. 157.
Там же. С. 156-158.
Пейзак А.В. Особенности внутренней политики России в конце XV в. как условие формирования служилого государства и централизации государственной власти //Общество и право. 2011. № 4 (36).С. 73.
8 Талина Г.В. Московская Русь от удельного княжества к царству: эволюция государственности сквозь призму представлений современников //Знание. Понимание. Умение. 2015, № 2. С. 145-146.
Ключевский В.О. О русской истории. М., Просвещение, 1993. С. 198.
Борисов Н.С. Иван III. Отец русского самодержавия. М., Академический проект, 2016. С. 568- 569.
Михайлова Т.В., Михайлов А.В. Аргументация права на верховную власть в русском политическом дискурсе XV-XVII вв. /Вестник КГПУ им. В.П. Астафьева. Т. 2. Гуманитарные и естественные науки, 2011. № 3 (17). С. 89.
Кинёв С.Л. Принципы наследования власти на Руси в XIV–XVI вв. в Отечественной историографии //Вестник Томского государственного университета, 2011, № 353. С. 91-92.
Чагин Г.Н. Пермь Великая и первые века ее христианизации //Вестник ПСТГУ: История. История Русской Православной Церкви. 2011. № 5 (42). С.12-13.
Салмин С. А. Новгородские походы и московско-псковский конфликт 1489/99 г. в свете “византийского брака” Ивана III //Псковский военно-исторический вестник. 2015. № . С.17.
Дворниченко А.Ю. Время Ивана III и становление Российскойгосударственности //Труды кафедры истории России с древнейших времен до XX века. Т.1. Санкт-Петербург. Из-во СПГУ, 2006. С.11-13.
Янин В.Л. Очерки истории Средневекового Новгорода. 2-е изд., М., Русскiй Мiръ, ИПЦ «Жизнь и мысль». 2013. С.412.
Там же. С. 414.
Алексеев Ю.Г. Государь всея Руси. Новосибирск, Наука, 1991. С.138.
Хрестоматия по истории России с древнейших времен до 1618 г. Кузьмин А.Г., Переверзенцев С.В., ред. М., Гуманитар. изд. центр ВЛАДОС. 2004. С. 530.
Янин В.Л. Указ. соч. С. 13.
Янин В.Л. Роль Новгорода в Отечественной истории //Вестник Новгородского Государственного Университета. 2006. №38. С.8.
Бессуднова М. Б. Великий Новгород конца XV в. между Ливонией и Москвой //Вестник Санкт-Петербургского Университета. Сер. 2, 2013. №2. С. 6-7.
Соловьев К.А. Указ. соч. 270-275, 285-287.
Нагибин Ю.М. Книга о старой Москве. Всполошный звон. Москва: РИПОЛ классик, 2015. 306 с. С.38-50.
Черникова Т.В. Европеизация России во второй половине XV – XVII веках. М., МГИМО – Университет, 2012. С. 108-109, 114-115, 117.
Швидковский Д. О. Пути развития российской архитектуры. Пространство и время, 2013, № 1(11), с. 103-116.
Мезенцева Ю.И. Древняя Архитектура Кремля. Вестник Московского Государственного областного Университета. Серия: История и политические науки, 2013. №2. с.27-31
Баталов А.Л. Успенский собор Московского Кремля в сакральной топографии Москвы, с.64–75 / Московский Кремль XV столетия: Сборник статей, Т.1: Древние святыни и исторические памятники. Москва, Арт-Волхонка. , 2011.
Рубаник В.Е. К дискуссии о причинах и предпосылках образования Русского централизованного государства //Вектор науки Тольяттинского государственного университета, 2009. № 5. С. 103.
Горский А.А. Москва и Орда. М., Наука, 2003. С. 168-169.
Волков В.А. Ратные подвиги Древней Руси. М., Эксмо, 2011. С. 81-82 .
Алексеев Ю. Г. Походы русских войск при Иване III. 2-е изд. СПб., Из-во СПГУ, 2009. С.430-432.
Черникова Т.В. Процесс европеизации в России во второй половине XV-XVII вв. Автореф. д.и.н. М., 2014. С. 6-7.
Черникова Т.В. Начало европеизация России во времена Ивана III //Вестник МГИМО-Университета, 2011, № 5. С.108-109, 114-115.
Соловьев К.А. Властное поведение в Московском государстве во второй половине XV в. //Государственное управление. Электронный вестник, 2013, № 38. С. 224-225. URL: http://e-journal.spa.msu.ru/vestnik/item/38_2013soloviov.htm (дата обращения 28.12.2016).
Хорошкевич А.Л. Герб, флаг и гимн: Из истории государственных символов Руси и России Москва. Время, 2008, 192 с.
Борзова Е. П. Значение символа Победы в образе святого Георгия Победоносца в культуре России. Труды Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусства. Санкт-Петербург. Издательство Санкт-Петербургского института культуры, 2009. Т.185. С.11-14.
Пчелов Е.В. Изменения государственного герба России в XVI-XVII в. и их причины. Древняя Русь: вопросы медиевистики.2015. №3 (61) . С.101-102.
Загоруйко М.В., Алиев О.Г. “Сначала мы создаем герб, а потом герб создает нас (прогностический аспект геральдики). Государственный советник, 2014, №3(7). С.61-71.
Чернышева М.И., Дубовицкий А.Б. Царские (царственные) и солнечные птицы (павлин, феникс, петух и орел). Пространство и Время, 2016 , № 3–4 (25–26) . С. 156-174.
Агоштон М. К вопросу о происхождении российской государственной символики: двуглав на красновосковой печати Ивана III 1497 года. Известия Волгорадского государственного технического университета, 2005, № 5, с. 89-92
Алексеев Ю.Г. Судебник Ивана III: традиции и реформы. – СПб., Дмитрий Булавин, 2001. С. 130-134, 432.
Морунова Е.А.Происхождение Судебника 1497 года //Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева, 2009, № 70. С. 128-129.
Земцов Б. Н. Судебник Ивана III: цели законодателя //Ленинградский юридический журнал, 2016, № 1 (43). С.29-30].
Цветкова М.А. Пути формирования Государева Двора //Вестник Волгоградского Государственного университета. Серия 4: история, регионоведение, международные отношения, 2005, №10. С. 173-174].
Шишкин И.Г. Пути развития политической системы России XV-XVII в исторических исследованиях конца XX в. //Вестник Тюменского государственного университета. Социально-экономические и правовые исследования, 2004, № 1. С. 37-39].
Линькова Е.В. К вопросу о формировании образа России в Западной Европе //Вестник Российского университета дружбы народов. Сер. Всеобщая история, 2014, № 1. С. 57-58].
Черникова Т.В. Россия и Европа в XV – начале XVI веков. Точки соприкосновения и заимствования //Вестник МГИМО-Университета, 2010, № 3. С.39-40, 45
Ларионов А.Н. Структура русского общества периода централизации //TerraEconomicus, 2013. № 1-2 (Т.11). С142-143].
Иван III родился 22 января 1440 года. Он происходил из рода московских великих князей. Его отцом был Василий II Васильевич Темный, матерью - княжна Мария Ярославна, внучка героя Куликовской битвы В.А. Серпуховского. Через несколько дней после рождения мальчика, 27 января, церковь вспоминала «перенесение мощей святителя Иоанна Златоуста». В честь этого великого святителя младенец и был наречен Иоанном.
Желая узаконить новый порядок престолонаследия и отнять у враждебных князей всякий предлог к смуте, Василий II еще при жизни своей назвал Ивана великим князем. Все грамоты писались от имени двух великих князей.
В 1446 году Иван был обручен с Марией, дочерью князя Бориса Александровича Тверского, отличавшегося осторожностью и дальновидностью. Жениху в момент обручения было около семи лет. Этот будущий брак должен был символизировать примирение вечных соперников - Москвы и Твери.
В последние десять лет жизни Василия II княжич Иван постоянно находился рядом с отцом, участвовал во всех его делах
и походах. К 1462 году, когда умер Василий, 22-летний Иван был уже человек много повидавший, со сложившимся характером, готовый к решению трудных государственных вопросов.
Однако в течение еще пяти лет после восшествия на престол Иван, насколько можно судить по скудным источникам, не ставил перед собой тех крупных исторических задач, которыми позднее будет прославлено его время.
Во второй половине 60-х годов XV века Иван III определяет первоочередную задачу своей внешней политики обеспечение безопасности восточной границы путем установления политического контроля над Казанским ханством. Война с Казанью 1467-1469 годов окончилась в целом успешно для москвичей. Она заставила казанского хана Ибрагима надолго прекратить набеги на владения Ивана III. Вместе с тем война показала ограниченность внутренних ресурсов Московского княжества. Решающие успехи в борьбе с наследниками Золотой Орды могли быть достигнуты только на качественно новом уровне объединения русских земель. Осознав это, Иван обращает внимание свой взор на Новгород. Обширные владения Великого Новгорода простирались от Балтийского моря до Урала и от Белого моря - до Волги. Покорение Новгорода - главное достижение Ивана III в деле «собирания Руси».
Князь Иван «был человек государственного ума, выдающийся политик и дипломат, - пишет его биограф Н.С. Борисов. - Свои эмоции он умел подчинять требованиям обстоятельств. В этом умении «властвовать собой» - источник многих его успехов. Иван III, не в пример своему отцу, всегда тщательно просчитывал все возможные последствия своих поступков. Новгородская эпопея может служить тому наглядным примером. Великий князь ясно понимал, что трудность заключается не столько в том, чтобы завоевать Новгород, сколько в том, чтобы сделать это незаметно. В противном случае он мог восстановить против себя всю Восточную Европу и потерять не только Новгород, но и многое другое...»
Лучшие дня
Еще в декабре 1462 года из Новгорода в Москву отправилось в Москву большое посольство «о смирении мира». Его возглавлял архиепископ Иона. В Москве новгородская знать была принята с честью. Однако в ходе переговоров Иван III проявил твердость. Не уступали и новгородцы. В итоге многочасовые прения окончились взаимными уступками. Мир был достигнут.
Для заключения более выгодного соглашения обе стороны вели сложную дипломатическую игру.
Иван III стремился перетянуть на свою сторону Псков. Посланец князя Ф.Ю. Шуйский способствовал заключению 9-летнего перемирия между Псковом и немецким орденом на благоприятных для русских условиях.
Московско-псковское сближение сильное обеспокоило новгородцев и качнуло чашу весов в пользу мирных отношений с Москвой. Союз с Псковом стал сильным средством давления на Новгород. Зимой 1464 года между Москвой и Новгородом был заключено перемирие, оказавшееся довольно продолжительным.
Летом 1470 года стало ясно, что Иван III, управившись с Казанью, разворачивает свою военно-политическую мощь на северо-запад, в сторону Новгорода.
Новгородцы отправили посольство к литовскому королю Казимиру IV. Вместо войск тот прислал князя Михаила Александровича (Олельковича). Этот князь исповедовал православие и доводился двоюродным братом Ивану III. Все это делало его наиболее подходящим кандидатом на новгородский стол. Однако пребывание Михаила на Волхове оказалось недолгим. Посчитав себя чем-то обиженным, он вскоре уехал из Новгорода.
18 ноября 1470 года после смерти Ионы новым владыкой Новгорода стал Феофил. Нареченный владыка Феофил собирался по старой традиции отправиться в сопровождении бояр в Москву на постановление к митрополиту Филиппу. Иван III дал согласие на обычный порядок утверждения нового архиепископа. В послании московский князь назвал Новгород своей «отчиной», то есть неотъемлемым, передаваемым по наследству владением. Это вызвало возмущение у новгородцев, и особенно у «литовской партии».
Весной 1471 года новгородские послы отправились в Литву, где был заключен договор с королем Казимиром IV, по которому Новгород поступал под его верховную власть, а Казимир обязывался охранять его от нападений великого князя.
На деле польско-литовский король не собирался воевать за Новгород, что сильно облегчило московскую экспансию. Попытки же Казимира IV в критические моменты натравить на Ивана III какого-нибудь степного хана не приносили ожидаемых результатов.
В мае 1471 года Иван III послал в Новгород «разметные грамоты» - формальное извещение о начале войны.
13 июля на берегу реки Шелони новгородцы были разбиты наголову. Иван III двинулся с главным войском к Новгороду. Между тем из Литвы не было никакой помощи. Народ в Новгороде заволновался и отправил своего архиепископа Феофила просить у великого князя пощады.
Кажется, достаточно было одного усилия, чтобы разгромить Новгород и окончить войну небывалым триумфом. Однако Иван III устоял перед искушением. 11 августа 1471 года близ Коростыни он заключил договор, подводивший итог всей московско-новгородской войне. Как бы снисходя усиленному заступничеству за виновных митрополита, своих братьев и бояр, великий князь объявил новгородцам свое милосердие «Отдаю нелюбие свое, унимаю меч и грозу в земле новгородской и отпускаю полон без окупа».
Условия, выдвинутые победителями, оказались неожиданно мягкими новгородцы присягали на верность Ивану III и обязывались в течение года выплачивать ему контрибуцию. Внутреннее устройство Новгорода оставалось прежним. Волок Ламский и Вологда окончательно переходили к Москве.
И, самое главное, по Коростынскому договору Новгород признавал себя «отчиной» великого князя Московского, а самого Ивана III - высшей судебной инстанцией для горожан.
Вскоре Иван решил и личные проблемы. Внезапная кончина первой жены Ивана III, княгини Марии Борисовны, 22 апреля 1467 года заставила 27-летнего великого князя московского думать о новой женитьбе.
Присоединение Москвы к общеевропейскому союзу для борьбы с Турцией стало мечтой западной дипломатии. Внедрение Турции на побережье Средиземного моря в первую очередь угрожало Италии. Поэтому уже с 70-х годов XV века как Венецианская республика, так и папский престол с надеждой взирали на далекий Северо-Восток. Этим объясняется то сочувствие, с которым был встречен и в Риме, и в Венеции проект брака могущественного русского государя с находившейся под покровительством папы наследницей византийского престола Софией (Зоей) Фоминичной Палеолог. Через посредство греческих и итальянских дельцов проект этот был осуществлен 12 ноября 1472 года. Посылка в Москву одновременно с невестой и полномочного «легата» (посла) папы Сикста IV - Бонумбре, снабженного самыми широкими полномочиями, свидетельствовала о том, что папская дипломатия связывала с этим брачным союзом большие планы. Венецианский совет со своей стороны внушал Ивану III мысль о его правах на наследие византийских императоров, захваченное «общим врагом всех христиан», то есть султаном, потому что «наследственные права» на Восточную империю, естественно, переходили к московскому князю в силу его брака.
Однако все эти дипломатические шаги не дали никакого результата. У Русского государства были свои неотложные международные задачи. Их Иван III неуклонно проводил в жизнь, не давая себя прельстить никакими ухищрениями Рима или Венеции.
Брак московского государя с греческой царевной был важным событием русской истории. Он открыл путь связям Московской Руси с Западом. С другой стороны, вместе с Софьей при московском дворе утвердились некоторые порядки и обычаи византийского двора. Церемониал стал величественнее и торжественнее. Сам великий князь возвысился в глазах современников. Они заметили, что Иван после брака на племяннице императора византийского явился самовластным государем на московском великокняжеском столе; он первый получил прозвание Грозного, потому что был для князей дружины монархом, требовавшим беспрекословного повиновения и строго каравшим за ослушание.
Именно в то время Иван III стал внушать страх одним своим видом. Женщины, говорят современники, падали в обморок от его гневного взгляда. Придворные, со страхом за свою жизнь, должны были в часы досуга забавлять его, а когда он, сидя в креслах, предавался дремоте, они неподвижно стояли вокруг, не смея кашлянуть или сделать неосторожное движение, чтобы не разбудить его. Современники и ближайшие потомки приписали эту перемену внушениям Софии. Герберштейн, бывший в Москве в княжение сына Софии, говорил о ней «Это была женщина необыкновенно хитрая, по ее внушению великий князь сделал многое».
Уже одно то, что невеста согласилась поехать из Рима в далекую и неведомую Москву, свидетельствует о том, что это была смелая, энергичная и склонная к авантюрам женщина. В Москве ее ожидали не только почести, оказываемые великой княгине, но также враждебность местного духовенства и наследника престола. На каждом шагу ей приходилось отстаивать свои права. Вероятно, она многое делала для того, чтобы найти поддержку и сочувствие в московском обществе. Но лучшим способом утвердить себя было, конечно, деторождение. И как монарх, и как отец великий князь хотел иметь сыновей. Желала этого и сама Софья. Однако, на радость недоброжелателям, частые роды принесли Ивану подряд трех дочерей - Елену (1474), Феодосию (1475) и опять Елену (1476). Встревоженная Софья молила Бога и всех святых о даровании сына.
Наконец ее прошение было исполнено. В ночь с 25 на 26 марта 1479 года на свет появился мальчик, нареченный в честь деда Василием. (Для матери он всегда оставался Гавриилом - в честь архангела Гавриила, память которого праздновалась 26 марта.) Счастливые родители связали рождение сына с прошлогодним богомольем и усердной молитвой у гроба преподобного Сергия Радонежского в Троицком монастыре.
Вслед за Василием у нее родились еще два сына (Юрий и Дмитрий), затем две дочери (Елена и Феодосия), потом еще три сына (Семен, Андрей и Борис) и последней, в 1492 году, - дочь Евдокия.
Но вернемся к политической деятельности Ивана III. В 1474 году он выкупил у ростовских князей оставшуюся еще у них половину Ростовского княжества. Но более важным событием было окончательное покорение Новгорода.
В 1477 году «московская партия» в Новгороде под впечатлением массового исхода горожан на суд к великому князю решила предпринять собственные шаги в том же направлении. В Москву приехали два представителя новгородского веча - подвойский Назар и дьяк Захар. В своей челобитной они назвали Ивана и его сына государями, тогда как прежде все новгородцы именовали их господами. За титулом «государь», по существу, скрывалось признание права Ивана распоряжаться в Новгороде по своему усмотрению.
24 апреля великий князь отправил своих послов спросить, какого государства хочет Великий Новгород Новгородцы на вече отвечали, что не называли великого князя государем и не посылали к нему послов говорить о каком-то новом государстве, весь Новгород, напротив, хочет, чтобы все оставалось без перемены, по старине.
Послы вернулись ни с чем. А в самом Новгороде вспыхнул мятеж. Сторонники «литовской партии» бросились громить дома бояр, выступавших за подчинение Москве. Особенно досталось тем, кого считали виновниками приглашения Ивана III на «государство».
30 сентября 1477 года Иван III отправил в Новгород «складную грамоту» - извещение о формальном разрыве и начале войны. 9 октября государь покинул Москву и направился в Новгород - «за их преступление казнити их войною».
27 ноября Иван вплотную приблизился к Новгороду. Однако государь не спешил со штурмом города.
5 декабря на переговоры с ним приехал владыка Феофил в сопровождении нескольких бояр. Иван принял гостей в присутствии своих братьев Андрея Большого, Бориса и Андрея Меньшого. На этот раз Иван III высказался прямо «Мы, великие князи, хотим государства своего, как есмы на Москве, так хотим быти на отчине своей Великом Новгороде».
В последующие дни переговоры продолжались. Беспощадно диктуя новгородцам свои условия, Иван III счел необходимым уступить им в некоторых важнейших моментах. Великий князь гарантировал новгородским боярам сохранение за ними тех вотчин, которыми они владели, а также освобождение от службы в московском войске за пределами Новгородской земли.
4 января 1478 года, когда горожане стали жестоко страдать от голода, Иван потребовал, чтобы ему отдали половину владычных и монастырских волостей и все новоторжские волости, чьи бы они не были. Расчет Ивана III был точным и безупречным. Не задевая интересов частных владельцев, он получал при таком раскладе половину огромных вотчин новгородской кафедры и монастырей.
Через два дня Новгород принял эти условия. 15 января все горожане были приведены к присяге на полное повиновение великому князю. Вечевой колокол был снят и отправлен в Москву. Иван настоял на том, чтобы резиденция его «правобережных» наместников находилась на Ярославском дворище, где обычно собиралось общегородское вече. В древности именно здесь находился двор киевского князя Ярослава Мудрого.
В марте 1478 года Иван III возвратился в Москву, благополучно завершив дело. Новгородские заботы не оставляли государя и в последующие годы. Но все выступления оппозиции пресекались самым жестоким образом.
В 1480 году хан Большой Орды Ахмат выступил на Москву. Фактически Русь была независима от Орды уже много лет, но формально верховная власть принадлежала ордынским ханам. Русь крепла - Орда слабела, но продолжала оставаться грозной силой. В ответ Иван выслал полки на Оку, а сам поехал в Коломну. Но хан, видя, что по Оке расставлены сильные полки, пошел к западу, к литовской земле, чтоб проникнуть в московские владения через Угру; тогда Иван велел сыну Ивану Молодому и брату Андрею Меньшому спешить к Угре; князья исполнили приказ, пришли к реке прежде татар, заняли броды и перевозы.
Ахмат, которого не пускали за Угру московские полки, все лето хвалился «Даст Бог зиму на вас, когда все реки станут, то много дорог будет на Русь». Опасаясь исполнения этой угрозы, Иван, как только стала Угра, 26 октября велел сыну и брату Андрею со всеми полками отступать к себе в Кременец, чтобы биться соединенными силами. Но Ахмат не думал преследовать русские войска. Он стоял на Угре до 11 ноября, вероятно, дожидаясь обещанной литовской помощи. Начались лютые морозы, а литовцы так и не приходили, отвлеченные нападением крымцев. Без союзников Ахмат не решился преследовать русских дальше на север. Он повернул назад и ушел обратно в степи.
Современники и потомки восприняли стояние на Угре как зримый конец ордынского ига. Возросло могущество великого князя, и вместе с тем заметно возросла жестокость его характера. Он сделался нетерпимым и скорым на расправу. Чем далее, тем последовательнее, смелее прежнего Иван III расширял свое государство и укреплял свое единовластие.
В 1483 году верейский князь завещал свое княжество Москве. Затем наступила очередь давнего соперника Москвы - Твери. В 1484 году в Москве узнали, что тверской князь Михаил Борисович завязал дружбу с Казимиром Литовским и женился на внучке последнего. Иван III объявил Михаилу войну. Москвичи заняли Тверскую волость, взяли и сожгли города. Литовская помощь не являлась, и Михаил принужден был просить мира. Иван дал мир. Михаил обещал не иметь никаких отношений с Казимиром и Ордою. Но в том же 1485 году был перехвачен гонец Михаила в Литву. На этот раз расправа была скорой и жесткой. 8 сентября московское войско окружило Тверь, 10-го были зажжены посады, а 11-го тверские бояре, бросив своего князя, приехали в лагерь к Ивану и били ему челом, просясь на службу. И в том им не было отказано.
Михаил Борисович ночью бежал в Литву. Утром 12 сентября 1485 года из Твери навстречу Ивану выехали владыка Вассиан и весь клан Холмских во главе с князем Михаилом Дмитриевичем. Вслед за ним повалила знать помельче, потом «и земские люди все». Тверь присягнула на верность Ивану, который оставил там княжить своего сына Ивана Молодого.
Тверская земля в состав Московского государства Иван III входила постепенно. С годами следы прежней независимости постепенно стирались. Повсюду вводилась московская администрация и устанавливались московские порядки. Согласно завещанию Ивана III (1504), тверская земля была разделена между несколькими правителями и утратила свою былую целостность.
В 1487 году Иван III усмирил Казань и посадил на престол Мухаммеда-Эмина. Теперь у великого князя были развязаны руки для наступления на других направлениях от окончательного покорения Вятки (1489) до наступления на Литву и Прибалтику.
Новое государство, объединившее под своей властью обширные пространства Восточной Европы, заняло видное международное положение. Уже в конце 80-х годов XV века великое княжество Московское представляло собой весьма внушительную политическую силу на европейском горизонте. В 1486 году силезец Николай Поппель случайно попал в Москву. По возвращении он стал распространять молву о Русском государстве и о богатстве и могуществе правящего в нем государя. Для многих все это было новостью. О Руси в Западной Европе ходили до тех пор слухи как о стране, якобы подвластной польским королям.
В 1489 году Поппель вернулся в Москву уже как официальный агент императора Священной Римской империи. На тайной аудиенции он предложил Ивану III ходатайствовать перед императором о присвоении ему титула короля. С точки зрения западноевропейской политической мысли, это был единственный способ легализовать новое государство и ввести его в общую систему западноевропейских государств - заодно и поставить его в некоторую зависимость от империи. Но в Москве держались иной точки зрения. Иван III с достоинством ответил Поппелю «Мы Божиею милостью государи на своей земле изначала, от первых своих прародителей, и поставление имеем от Бога, как наши прародители, так и мы... а поставления, как наперед сего не хотели ни от кого, так и ныне не хотим». В ответной грамоте императору Иван III и титуловал себя «Божиею милостью великим государем всея Руси». Изредка в сношениях с второстепенными государствами он даже именовал себя царем. Сын его Василий III в 1518 году впервые назвал себя официально царем в грамоте, отправленной императору, а внук, Иван IV, в 1547 году был торжественно венчан на царство и тем самым было определено то место, которое его государство должно было занимать среди прочих государств культурного мира.
Успешное противостояние Большой Орде и Литве становилось возможным для Ивана III лишь при условии союза с Крымом. На это и были направлены усилия московской дипломатии. Иван привлек на свою сторону нескольких влиятельных крымских «князей». Они побудили к сближению с Москвой и самого хана Менгли-Гирея.
Иван III домогался этого союза ценой больших уступок. Он соглашался даже, если потребует хан, титуловать его «государем» и не щадил расходов на «поминки», то есть ежегодные подарки для своего татарского союзника. Русской дипломатии удалось в конечном итоге добиться заключения желанного союза. Крымские татары периодически стали совершать набеги на литовские владения, проникая далеко в глубь страны, до Киева и дальше. Этим они не только наносили материальный ущерб великому княжеству Литовскому, но и ослабляли его обороноспособность. Союз с Менгли-Ги-реем был связан и с другой проблемой русской внешней политики конца XV - начала XVI века - проблемой окончательной ликвидации зависимости от Золотой Орды. При ее разрешении Иван III более чем когда-либо действовал не столько оружием, сколько дипломатическим путем.
Союз с Крымом и был решающим моментом в борьбе с Золотой Ордой. К союзу были привлечены ногайские и сибирские татары. Хан Ахмат при отступлении от Угры был убит в 1481 году татарами сибирского хана Ибаха, а в 1502 году Золотая Орда была окончательно разгромлена Менгли-Гиреем.
Первая московско-литовская война началась в 1487 году и продолжалась до 1494 года. Предметом спора в этой войне были пограничные области с неопределенным или двойственным политическим статусом. На южной и западной границе под власть Москвы то и дело переходили мелкие православные князья со своими вотчинами. Первыми передались князья Одоевские, затем Воротынские и Белевские. Эти мелкие князья постоянно ссорились со своими литовскими соседями - фактически на южных границах не прекращалась война, но и в Москве и в Вильно долгое время сохраняли видимость мира.
Те, кто переходили на московскую службу, немедленно получали уже в качестве пожалования свои прежние владения. Для защиты «правды» и восстановления «законных прав» своих новых подданных Иван III отправлял небольшие отряды.
Замысел кампании 1487-1494 годов состоял в том, чтобы достичь успеха незаметно, без лишнего шума. Иван III избегал широкомасштабной войны с Литвой. Это могло вызвать аналогичные действия со стороны Литвы, Польши, в то же время сплотить «верховных князей» и толкнуть их в объятия Каземира.
В июне 1492 года король польский и великий князь литовский Казимир IV скончался. Его сыновья разделили наследство. Ян Ольбрахт получил польскую корону, а Александр Казимирович - литовский престол. Это значительно ослабило потенциал противника Москвы.
Иван III вместе с Менгли-Гиреем немедленно начал против Литвы войну. Хотя, по заявлению московских дипломатов, войны не было; происходило только возвращение под старую власть московского великого князя тех его служебных князей, которые либо временно отпали от него в смутные годы при Василии Васильевиче, либо и прежде служили «на обе стороны».
Дела пошли удачно для Москвы. Воеводы взяли Мещовск, Серпейск, Вязьму. Князья Вяземские, Мезецкие, Новосильские и другие литовские владельцы переходили на службу к московскому государю. Александр Казимирович сообразил, что трудно будет ему бороться с Москвой и Менгли-Гиреем; он задумал жениться на дочери Ивана, Елене, и таким образом устроить прочный мир между двумя государствами. Переговоры шли вяло до января 1494 года. Наконец 5 февраля был заключен мир, по которому Александр признавал новые московские границы, новый титул московского великого князя. При таких условиях Иван согласился выдать за него свою дочь.
Мирный договор с Литвой можно считать важнейшим военным и дипломатическим успехом Ивана III. «Значение мирного договора для России было велико, - отмечает известный историк А.А. Зимин. - Граница с Литовским княжеством на западе значительно отодвигалась. Создавалось два плацдарма для дальнейшей борьбы за русские земли один был нацелен на Смоленск, а другой вклинивался в толщу северских земель».
Как и следовало ожидать, этот «брак по расчету» оказался тяжелым и для Александра, и для Елены.
В 1500 году отношения между Москвой и Вильно перешли в явную вражду по поводу новых переходов на сторону Москвы князей, подручных Литве. Иван послал зятю «разметную грамоту» и вслед за тем отправил на Литву войско. Крымцы, по обычаю, помогали русской рати. Многие украинские князья, чтобы избежать разорения, поспешили передаться под власть Москвы. В 1503 году было заключено перемирие сроком на шесть лет. Вопрос о принадлежности захваченных Иваном земель, площадь которых составляла около трети всей территории Великого княжества Литовского, оставался открытым. Литва продолжала считать их своими. Однако фактически они оставались в составе Московского государства.
Иван III рассматривал «Благовещенское» перемирие как краткую передышку. Однако дальнейшую экспансию пришлось осуществлять его преемникам.
Свою международную политику Иван III всецело подчинял «собиранию земель русских». Антитурецкая лига не представляла для него ничего заманчивого. В ответ на посул «константинопольской отчины» в Москве отвечали, что «князь великий хочет отчины своей земли Русской».
Более того, Русское государство было заинтересовано в мирных отношениях с Оттоманской Портой в целях развития своей черноморской торговли. Завязавшиеся в 90-х годах XV века сношения между Русским государством и Турцией велись в неизменно благожелательных формах.
Что касается отношений с Римской империей, то Иван III стремился не только поддержать дружеские отношения, но и использовать соперничество императора Максимилиана с польскими Ягеллонами из-за Венгрии. Он предлагал союз и намечал план будущего раздела добычи Венгрию - Максимилиану, Литву с порабощенными ею русскими землями - себе. Однако Максимилиан думал достичь своих целей мирным путем. В зависимости от колебаний в германо-польских отношениях происходили изменения и в отношениях германо-русских, пока Максимилиан не нашел для себя более выгодным примириться с Польшей и даже предложил свое посредничество для примирения с ней и Русского государства.
При Иване III наметилась линия внешней политики Русского государства и в балтийском регионе. Присоединение к Москве Новгорода и Пскова потребовало новых торговых союзов на Балтике и ускорило войну с ливонским орденом. Поход русских войск на Ливонию в 1480-1481 годах прошел успешно для московского князя. После побед на землях Ливонии войско ушло, а в сентябре 1481 года было заключено перемирие на десять лет.
В противовес русскому интересу к балтийской торговле орден выдвигал территориальные вопросы. В 1491 году для пролонгирования перемирия в Москву приезжал с посольством Симон Борх. Длившиеся почти два года переговоры сводились к торговым вопросам московский великий князь требовал гарантий для транзитных купцов, а также восстановления русской церкви в Ревеле. В 1493 году договор был продлен на десять лет. Союз с Ливонией обеспечивал России хорошие торговые отношения с Ганзой, в чем Иван III был заинтересован, поскольку московский великий князь мог таким образом контролировать стабильные многовековые отношения между Новгородом, Псковом и ганзейскими городами.
Однако вскоре началась новая война с Ливонией, а в XVI веке отношения с орденом приобрели несколько иной оттенок на них все более сказывались отношения обеих сторон с Польско-Литовским государством. Именно невыполнение Ливонией условий договора 1503 года дало формальный предлог для начала Ливонской войны в 1558 году. В 90-х годах XV века стали более активными переговоры с Данией. После заключения договора с Ганзой из Дании пришло посольство договариваться «о братстве», и в 1493 году Иван III заключил «докончание» с королем. Этот союз был направлен против Швеции, которая систематически нападала на корельские земли, старинные владения Новгорода, отошедшие к Москве. Кроме антишведской направленности отношения с Данией приобретали и оттенок борьбы с монополией ганзейской торговли, где союзником Дании выступала Англия.
В начале 1503 года ливонские представители вместе с послами великого князя литовского Александра прибыли в Москву для переговоров о мире. Слегка покуражившись перед ливонцами, князь Иван заключил с ними перемирие сроком на шесть лет. Стороны возвращались к тем границам и отношениям, которые существовали между ними до войны 1501-1502 годов.
Разгром ганзейского двора в Новгороде и установление дружеских отношений с Данией имели, несомненно, целью освободить новгородскую торговлю от тех преград, которые ставила ей всемогущая Ганза. С другой стороны, требование дани с Юрьевской епископии (Дерптской области), согласно договору с ливонским орденом в 1503 году, являлось первым шагом к распространению русского политического влияния на Ливонию.
Осенью 1503 года Ивана III разбил паралич «...отняло у него руку и ногу и глаз». Своим наследником он назвал сына Василия.
В результате тонкой и осторожной политики Ивана III Русское государство к началу XVI века, не претендуя на решающую роль в Европе, заняло в ней почетное международное положение.
«К концу княжения Ивана III мы видим его сидящим на независимом троне. Рядом с ним - дочь последнего византийского императора. У ног его - Казань, обломки Золотой Орды стекаются к его двору. Новгород и другие русские республики порабощены. Литва урезана, а государь литовский - орудие в руках Ивана. Ливонские рыцари побеждены».